МЫСЛИ: Геннадий Саганович. ЗАЧЕМ БЕЛАРУСИ «ЗАПАДНОРУСИЗМ»? О так называемой «школе православных историков». Часть первая — Credo.Press

МЫСЛИ: Геннадий Саганович. ЗАЧЕМ БЕЛАРУСИ «ЗАПАДНОРУСИЗМ»? О так называемой «школе православных историков». Часть первая

Перевод с белорусского

Для тех, кто следит за новыми книгами по истории Беларуси, вряд ли осталась незамеченной серия недавно переизданных Белорусским экзархатом [Московского патриархата] произведений исторической литературы XIX века. Начало ей положил очерк Григория Киприановича (1846–1915) об истории основных христианских конфессий в Беларуси и Литве1, следующим был сборник публикаций Михаила Кояловича (1828–1891)2, а третьим произведением из той же серии стал очерк Илариона Чистовича (1828–1893) о так называемой "западнорусской" церкви3.Все эти книги вышли огромным на сегодняшний день тиражом - 3-4 тысячи экземпляров!

Меня как историка удивило то, что делом издания историографического наследия занимается Белорусский экзархат. Хотел понять, в чем виделась актуальность переиздания в наши дни такой специфической литературы XIX века. Чем обоснован такой выбор авторов?

Некоторые ответы на эти вопросы удалось найти в предисловии бакалавра богословия Алексея Хотеева к первой книге серии. Поначалу в нем говорится, что выбор публикаций обусловлен «богатством собранного в них фактического материала», «библиографической редкостью» изданий и их «недоступностью для широкого круга читателей»4. Но почему работы именно этих авторов? Историографические произведения прошлых веков не воспроизводятся для широкой публики только ради «фактического материала», тем более названные книги ими не отличаются. Далее А. Хотеев раскрыл более реальную мотивацию издательской инициативы, заявив, что издателям очерка Г. Киприановича (или тем, кто за ними стоит) было важно познакомить общество с «западнорусизмом», потому что сегодня, по его словам, информация о нем представлена «схематично и искаженно». «Существует мнение, что эта идеология была проправительственной и якобы вредной делу национального белорусского возрождения”, а в действительности, объясняет нам бакалавр богословия, правительственная пропаганда западнорусизма была “только на пользу белорусскому национальному движению»5.

Вот как! Выходит, власти Российской империи способствовали белорусскому национальному движению? Что же это было за такое движение? Из дальнейших размышлений автора становится ясно, что за белорусское национальное он выдает «западнорусское» – переставляет эти понятия так, как еще недавно учил критик независимости белорусского государства Яков Трещенок6. Представители идеологии западнорусизма, поясняет А. Хотеев, понимали белорусов как «культурно и этнически западную часть русского народа», русский этнос был для них единым, “но в нем три народности – великоросы, малоросы и белорусы, и между ними крепкая религиозная связь – православие”. Автор признался в своей приверженности этой точке зрения:“Это сознание пережило все смуты ХХ века, не отошло на задний план и сегодня7(подчеркнуто мной – Г. С.). В конце предисловия отец Хотеев патетически заявил, что переиздание книги Киприановича является частью «дела православного просвещения», от которого теперь зависят «судьбы православия»8.

Таким образом, в предисловии к первой книге серии открыто говорится об идеологической мотивации издательской инициативы: знакомить людей с западнорусизмом, довести до сознания верующих идеологему времен царской империи о том, что белорусы – «западная часть русского народа». Только как это можно соотнести с деятельностью Белорусской Православной Церкви и задачами православного образования в современной [независимой] Беларуси?

Следующая книга - сборник М. Кояловича - была издана Белорусским экзархатом без каких-либо вступительных слов или послесловий. Зато в переиздании очерка И. Чистовича после короткого редакционного предисловия (анонимного!) размещена статья Валентины Тепловой9про изучение церковной истории в трудах отечественных ученых XIX - начала XX вв. По-видимому, в этой публикации кандидата исторических наук, доцента Белорусского государственного университета и профессора Минской духовной академии необходимо искать научное обоснование целесообразности серийного переиздания в наше время произведений специфической литературы XIX века. Тем более, эта статья В. Тепловой в разных вариантах публиковалась уже неоднократно10, поэтому можно было бы ожидать, что в ней излагается действительно сбалансированные и продуманные постулаты, приемлемые для научного сообщества. Обратимся к основным тезисам этой публикации.

В статье говорится о «школе православных историков» или историков Православной Церкви Беларуси, первым представителем которой В. Теплова назвала архиепископа Могилевского Георгия Конисского (1717-1795). По ее словам, такие произведения владыки, как «Историческое известие о епархии Могилевской…» (1775) и «Записки о том, что в России до конца XVI века не было никакой унии с Римской церковью» (опубликовано только в 1847 году), - это «обоснованные и глубокие» исследования истории православной Церкви11. Особенно высоко оценивается последнее произведение, в котором Конисский сообщал, что до 1596 г. на Руси не было унии с Римом. По мнению автора, эти «Записки» написаны «столь основательно, что и в настоящее время не нуждаются в каких-либо существенных дополнениях или уточнениях». И именно Г. Конисский, утверждается в статье, “создал православную концепцию церковной унии, которая лежит в основе всех исследований православных историков, занимающихся проблемами церковной унии в ХІХ – начале ХХ в.”12.

Такое прославление научной значимости трудов архиепископа Могилевского идет издавна и фактически унижает университетскую науку. Ведь она в конце ХІХ – начале ХХ уже профессионально занималась историей Церкви, а владыка Конисский создавал литературу апологетического характера. Упомянутые «Записки» были написаны им в форме опровержения тезисов его оппонентов, которые он сам же и формулировал. Представляется, излишним будет объяснять, что представители духовенства в XVIII веке, особенно включенные в политическую борьбу, такие как Г. Конисский, руководствовались отнюдь не правилами научных исследований. И это первое, чего нельзя игнорировать при поиске основателей каких бы то ни было исторических школ, не говоря уже о других моментах, раскрывающих проблематичность такого подхода к истории науки.

Преемником дела Конисского, по словам В. Тепловой, стал Михаил Коялович, который считается идейным отцом западнорусизма. Оценивая работы этого историка, автор не пожалела похвальных слов, перечисляя только его достоинства. Ни одного критического комментария или хоты бы малейшего замечания в адрес такого ангажированного в политическую жизнь автора! Это само по себе не типично для представителей современной гуманитарной науки. Особенно высоко здесь оценены работы М. Кояловича по истории церковной унии13. В частности, В. Теплова утверждает, что он первым поднял вопрос о кризисе униатской церкви, который наступил в результате ее латинизации, и «убедительно доказал, что возвращение греко-католиков к условиям унии 1596 г. неизбежно способствовало сближению униатской Церкви с Православной, что естественно порождало идею воссоединения двух церквей и делало этот процесс закономерным»14. Но достаточно принять во внимание общественно-политическую деятельность М. Кояловича, его роль в историческом обосновании политики России на землях Беларуси, активную и последовательную защиту акта отмены унии с восхвалением деятельности митрополита Иосифа Семашко, чтобы усомниться в такой хвалёной научности его исследований по церковной истории. Если исследователь такого сложного процесса, каким была борьба за судьбы унии, руководствуется установкой оправдания только одной стороны, а именной той, которая при власти, то созданная им история неизбежно является односторонней и тенденциозной. Поэтому не удивляет телеологическое объяснение судеб Брестской унии в истории «воссоединения», написанной Кояловичем. Удивляет, что некоторые члены академического сообщества и сегодня, восхваляя его конструкции, всерьез рассматривают «неизбежность» и «закономерность» ликвидации греко-католической Церкви.

К выдающимся представителям направления историографии, представленного М. Кояловичем, автор отнесла И. Чистовича и Г. Киприановича, чьи произведения увидели свет в Минске усилиями Белорусского экзархата. С их трудами В. Теплова связывает «расцвет церковной истории» в последней четверти XIX века, в русло которой она вписывает историков-краеведов И. Котовича, Е. Орловского, Л. Паевского, П. Горючко и других. Работали они в губернских духовных семинариях и печатались в основном на страницах местных губернских «Епархиальных ведомостей». Их публикации также оценены неожиданно высоко: говорится, что работы этих авторов отличались не только глубоким проникновением в историческое прошлое родного края, но и «созвучием поднимаемых проблем текущему времени».

Что же это было за время и какие тогда возникали проблемы? В. Теплова последовательно игнорирует общественно-политическую ситуацию в Беларуси того времени. Она говорит только о двух юбилеях - 50-летии Полоцкого церковного собора и 100-летии митрополита Иосифа Семашко, которые, по ее словам, «послужили причиной для осмысления значения этих явлений в истории церковной жизни населения Беларуси и Украины»15. И нигде нет ни слова о политическом контексте, о государственной политике того времени - как будто темы публикаций этих историков были продиктованы их исследовательскими интересами, а не прагматикой подчинения истории края официальной политике! А суть официальной политики в те годы, как известно, заключалась в программе русификации, которую последовательно проводили власти со времен генерал-губернатора графа Н. Муравьева, и если говорить о прошлом, то она должна была навязать всем «правильный исторический взгляд», согласно с которым земли Беларуси и Литвы были "исконно русскими"16.

Подводя итог своим размышлениям, В. Теплова пишет, что в конце XIX - начале XX в. «сложилась школа православных историков, уроженцев Беларуси и воспитанников Санкт-Петербургской духовной академии, труды которых охватывали все периоды существования Западно-Русской Церкви и раскрывали историческую роль православия в судьбах белорусов и украинцев»17, а их нынешнее переиздание служит задаче возвращения произведений церковных историков «в научный оборот»18. Таким образом, согласно В. Тепловой, авторы переизданных произведений представляют научную школу историков, а новая жизнь, приданная их произведениям, соответствует интересам науки, означает возвращение Беларуси ее научного наследия.

Должен признать, что это сомнительный вывод, который вызывает много открытых вопросов. Как и сама статья, насыщенная упрощениями, предвзятостью оценок и авторских интерпретаций. Вот один из примеров неприкрытой конфессиональной предвзятости. Настраивая читателя на соответствующее восприятие различных конфессий, В. Теплова с самого начала утверждает, что католики преднамеренно скрывали или уничтожали документы, гарантирующие права православной Церкви в Беларуси, а в качестве доказательства приводит один пример - случай с «нападением католических миссионеров и шляхты в 1751 г. на Марков монастырь в Витебске»19. Выдвигать такое обвинение, говоря о сложной истории межконфессиональных отношений, которые приобретали различный характер в зависимости от времени и региона, и опираться на один пример - такой подход к истории Церкви трудно назвать научным20. Кроме того, если мы коснемся проблемы утерянных документов и попытаемся сохранить объективность, то необходимо будет сказать и про последующие уничтожения. Думаю, что В. Теплова знает (потому что она изучает этот период), как в последние десятилетия XIX в. при российском правлении уничтожались тысячи хорошо сохранившихся и переплетенных дел из главных архивов Беларуси и Литвы21. Излишне говорить о конфискации и вывозе архивных и книжных фондов после восстаний.

Как бы то ни было, тезис о «школе православных историков» вовсе не убеждает, что те работы, которые были опубликованы усилиями Белорусского экзархата, действительно должны быть опубликованы. Потому что, в моем понимании, они вряд ли послужат какому-либо доброму делу. И вот почему.

Очерк Г. Киприановича, уроженца Логойщины и выпускника Санкт-Петербургской духовной академии, впервые был опубликован в 1895 году в Вильне, где он преподавал в православной духовной семинарии. По своему содержанию эта работа, написанная в качестве учебного пособия для образовательных духовных учреждений, ярко отразила социально-политический контекст и цель, с которой создавалась. Не будем забывать, что годы правления императора Александра III (1881–1894) были эпохой, когда в России преобладал официальный национальный патриотизм, когда на самый верх всплыла смесь имперского панславизма и мессианского национализма К. Победоносцева, а в западных губерниях была активизирована деятельность по системной русификации. Г. Киприанович сам подчеркивал, что одна из задач его работы – «изложить упорную, продолжительную борьбу православных западноруссов с изменниками латино-униатами», и признался, что его произведение «не лишено и современного значения»22. Короче говоря, писал на злобу дня, служа официальной идеологии.

Показателен уже список литературы, на основе которой создавался названный очерк. Это «История Русской Церкви» Макария, «Очерк истории западно-русской церкви» И. Чистовича, «Белоруссия и Литва» П. Батюшкова (1890), «Римский католицизм в России» Д. Толстого, а также публикации Н. Кояловича, М. Петрова, И. Малышевского, В. Васильевского, В. Антоновича и И. Беляева. Все авторы из одного и того же идеологического лагеря, причем большинство из них специализировались, так сказать, на «борьбе с влиянием католического костела».

Руководствуясь задачей показать «упорную, продолжительную борьбу», Г. Киприанович в своем очерке создал настолько далекую от исторической реальности картину повседневной борьбы населения ВКЛ за православную веру, что даже лексикой она ближе к фронтовым сводкам 1940-х годов, чем к историческим документам той далекой эпохи. В его подаче «упорная, продолжительная борьба за православную веру и русскую народность», преследование православных напоминают «гонения языческих римских императоров на христиан в первые века христианства»23, – это то, что характеризовало всю историю Беларуси. В чем он только не обвинял католиков! Якобы с их стороны «для совращения православных пускались в ход все средства: ложь, обман, тюремные заключения и разного рода истязания». Поэтому, резюмировал автор, «с возвращением Белоруссии к России» при Екатерине II «белорусы тысячами и десятками тысяч стали возвращаться в родное православие»24.

Конечно, такой образ белорусской истории был нужен тогдашним властям Российской империи. Но мы живем в другую эпоху и исследования академической историографии давно показали, что такие образы имеют очень мало общего с исторической реальностью. Поэтому можно только бесконечно удивляться, почему все подобные идеи и, мягко говоря, переборы Г. Киприановича редакция оставила без комментариев. Что касается последних, то их в переиздании практически не нет, поясняются только некоторые термины. Даже многочисленные фактографические ошибки этого архаичного учебника для духовных школ царской империи не издатели не исправили.

(Продолжение следует)

ПРИМЕЧАНИЯ:

1 Киприанович Г. Я. Исторический очерк православия, католичества и унии в Белоруссии и Литве с древнейшего до настоящего времени. Минск: Изд-во Бел. Экзархата, 2006. (1-е выд. – Вільня, 1895 г.).

2 Коялович М. О. Шаги к обретению России. Минск: Изд-во Белорусского Экзархата Московского Патриархата, 2011.

3 Чистович И. А. Очерк истории Западно-Русской Церкви. Минск: Белорусская Православная Церковь (Белорусский Экзархат Московского Патриархата), 2014. Арыгінальнае выданне: Чистович И. А. Очерк истории Западно-Русской Церкви. Ч. 1–2. С.-Петербург, 1882–1884.

4 Хотеев А. Oт редакции // Киприанович Г. Я. Исторический очерк православия, католичества и унии в Белоруссии и Литве с древнейшего до настоящего времени. С. 3.

5 Там же. С. 4, 7.

6 Трещенок Я. История Беларуси. Ч. 1. Досоветский период. Могилев, 2003. С. 152–153.

7 Хотеев А. Oт редакции. С. 7.

8 Там же. С. 11.

9 Теплова В. А. Церковная история Беларуси в трудах отечественных историков ХІХ – начала ХХ века // Чистович И. А. Очерк истории Западно-Русской Церкви. С. 6–16.

10 Теплова В. А. Православная историко-церковная школа Беларуси конца XVII – нач. ХХ в.: генезис и традиции // Труды Минской духовной академии. 2007. № 5. С. 64–74; яна ж. Православная историко-церковная школа Беларуси ХІХ–ХХ в.: истоки и традиции // Беларусь: государство, религия, общество: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. Духовной академии им. Святителя Кирилла Туровского. Минск, 2008. С. 37–42. Практически без существенных дополнений или изменений статья была опубликована в перепечатке работы И. Чистовича, а также на сайтах Минской духовной академии, проекта «Западная Россия» и других. Статья далее цитируется публикацией 2014 г.

11 Теплова В. А. Церковная история Беларуси… С. 7.

12 Теплова В. А. Церковная история Беларуси… С. 7; Она же. Православная историко-церковная школа… С. 39.

13 Однако и здесь не обошлось без повторения. В оценке произведений своего героя, В. Теплова практически дословно воспроизвела абзацы из предыдущей публикации, опубликованной в минском переиздании диссертации М. Кояловича. И там утверждается, что упомянутая работа (1873!) по сей день не утратила своего научного значения «по глубине проблем, разнообразию источников» и по «аргументации выводов». См.: Теплова В. А. М. О. Коялович и русская православная историография // Коялович М. О. История воссоединения западнорусских униатов старых времен. Минск, 1999. С. 385–395, тут – с. 393.

14 Теплова В. А. Церковная история Беларуси… С. 11; Она же. Православная историко-церковная школа… С. 40.

15 Теплова В. Церковная история Беларуси… С. 13.

16 Из большого количества литературы, которая позволяет получить представление о русификации после подавления восстания, буду ссылаться на обобщающую работу: Staliūnas D. Making Russians. Meaning and Practice of Russiication in Lithuania and Belarus after 1863. Amsterdam; New York, 2007.

17 Теплова В. Церковная история Беларуси… С. 14.

18 Там же. С. 16.

19 Кроме войн, говорится в статье, частой причиной гибели документов о правах православной церкви были «деятельность правящих католических верхов, которые прятали королевские привилеи на свободное отправление обрядов православным населением», а «инициатором уничтожения документов Православной церкви являлось и католическо-униатское духовенство». См.: Теплова В. А. Православная историко-церковная школа… С. 37.

20 Признаюсь, тенденциозность интерпретаций и предвзятый подбор фактов, характерные для анализируемой статьи, не стали для меня большим сюрпризом, поскольку подобные подходы уже были замечены в предыдущих работах В. Тепловой. Достаточно упомянуть сборник документов о церковной унии, опубликованный в 90-е годы, который составлен таким образом, что вместо того, чтобы показать историю церковной унии, он рисует в основном картину православной борьбы против унии. Установка составителей на однозначно негативное освещение деятельности представителей унии четко определена в предисловии к сборнику, где, например, В. Теплова утверждает, что православие в Речи Посполитой терпело «бесконечные преследования» и что именно «крайняя религиозная нетерпимость» стала причиной гибели этого государства. См.: Уния в документах / сост.: Теплова В. А., Зуева З. И. Минск, 1997. С. 50–51.

21 Карев Д. В. Белорусская и украинская историография конца XVIII – начала 20-х гг. XX в. в процессе генезиса и развития национального исторического сознания белорусов и украинцев. Вильнюс, 2007. С. 183–184.

22 Киприанович Г. Я. Исторический очерк православия, католичества и унии в Белоруссии и Литве с древнейшего до настоящего времени. Минск, 2006. С. 12.

23 Там же. С. 22.

24 Там же. С. 20–21.

 

По-белорусски опубликовано здесь: Генадзь Сагановіч. Пра так званую “школу праваслаўных гісторыкаў”, або Навошта нам заходнерусізм // Беларуски гистарычны агляд. 2019. Т. 26. Сс. 226–248.

Опубликовано: 08.06.2020 в 22:12

Рубрики: Главные новости, Лента новостей, Мысли



Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!

Всего комментариев: 1

  • Автор: Александр Добавлено 4 июля, 2020 в 14:29

    В какой-то степени эта деятельность БПЦ даже радует: новый митрополит делает полезную работу, подражая Путину, который разваливает Россию. Это как недавно постренный военный храм. Эх, жаль только мозаику содрали! А так было топ-левел - даже православные в ужасе отшатнулись. Так и беларусы будут в будущем реагировать на реакционную БПЦ.

    Ответить

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

В сюжете:

  1. УКРАЇНСЬКА ВЕРСІЯ: "Наша ієрархія повністю залежна від союзу Росія-Білорусь"інтерв'ю Олександра Солдатова зі священником БПЦ МП Олександром Шрамком
  2. ДОКУМЕНТ: "Газета обвиняет всё католическое духовенство в приверженности фашизму и нацизму". Позиция католического духовенства Беларуси относительно публикации "Мінскай праўды"
  3. МОНИТОРИНГ СМИ: «Сигнальная кнопка» белорусской автокефалии. Как работает фейк о Тихановской и автокефалии
  4. Предстоятель УПЦ МП в Киеве возложил цветы к мемориалу герою Небесной сотни, над которым развевается бело-красно-белый флаг Беларуси
  5. Предположительно избранный президент Беларуси пообещала обратиться к Вселенскому патриархату за белорусской автокефалией
  6. МЫСЛИ: Антон Коломыцкий. ПОСЛУШНЫЙ АСКЕТИЗМ. Штрихи к портрету нового экзарха РПЦ МП в Беларуси митрополита Вениамина
  7. Клирик Елизаветинского монастыря БПЦ МП в Минске опроверг утверждения духовника обители, что весь монастырь «за Лукашенко»
  8. МОНИТОРИНГ СМИ: Митрополит Павел держится на своём посту исключительно по благословению Лукашенко. Что мешает экзарху БПЦ МП дать нравственную оценку
  9. ВИДЕО: "Пойти в СИЗО!" Священник взывает к совести лукашенковского мэра Бреста
  10. ВИДЕО: "Вам не будет прощения и дело ваше не устоит!" Архиепископ Московского патриархата обличает кровавый режим Лукашенко
Главные новости

Европейские епархии РПЦЗ МП запретили сослужение с другой структурой Московского патриархата в Западной Европе

Митрополит Берлинский и Германский РПЦЗ МП Марк (Арндт) запретил клирикам своей епархии сослужить с духовенством новообразованной Западно-Европейской архиепископии РПЦ МП ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: Добровольный исход по маршруту Москва - Петушки? Патриарх РПЦ МП уволил «духовника императорской семьи»

Указ № У-02/198 от 23 ноября 2021 года // иеромонаху Никону (Белавенцу) 24.11.2021 10:30 Иеромонах Никон (Белавенец), заштатный клирик Московской ...
Подробнее

ИНТЕРВЬЮ: Член Московской Хельсинкской группы, клирик Костромской епархии РПЦ МП священник ГЕОРГИЙ ЭДЕЛЬШТЕЙН: часть вторая — о письме Эшлимана-Якунина, о. Александре Мене, избирательном права и архаичности Церкви

Полная версия интервью. Краткая версия опубликована ЗДЕСЬ Часть первая — ЗДЕСЬ Портал «Credo.Press»: Вы имели некоторое отношение к появлению «Открытого ...
Подробнее

Архиепископ Критский Ириней (Константинопольский патриархат) отправлен в отставку

Священный Синод автономной Критской Церкви Константинопольского патриархата за своем заседании в Ираклионе единогласно принял 24 ноября решение освободить своего предстоятеля ...
Подробнее

Член ОНК Свердловской области просит прокуратуру проверить местного митрополита РПЦ МП из-за публикации в телеграм-канале

Член общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Свердловской области Ольга Иванцева направила обращение в прокуратуру Свердловской области с просьбой проверить публикацию телеграм-канала ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: Загадочная гибель «чукотского Савонаролы». В результате ДТП под Петербургом в день 75-летия патриарха Кирилла погиб его жесткий критик — бывший епископ РПЦ Диомид

Как саркастически заметил популярный в РПЦ телеграм-канал «Церквач», «случись гибель… Диомида (Дзюбана) лет тринадцать назад, можно было бы подозревать ее ...
Подробнее

Первый оправдательный приговор cвидетелю Иеговы* по статье об экстремизме вынесен во Владивостоке

После сплошной череды обвинительных приговоров, вынесенных свидетелям Иеговы* в РФ после 2017 года, верующий Дмитрий Бармакин был признан невиновным по ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: О. Георгий Эдельштейн: «Наши иерархи всегда были и остаются лакеями». Старейший член Московской Хельсинкской группы и клирик Костромской епархии РПЦ — о главной беде церкви и "вреде молчания"

Единственный священник в действующем составе Московской Хельсинкской группы — старейшей правозащитной организации России — о. Георгий Эдельштейн приближается к своему ...
Подробнее

Епископ Диомид (Дзюбан), анафематствовавший руководство РПЦ МП, погиб под Петербургом

Епископ Анадырский и Чукотский Диомид (Дзюбан) погиб 20 ноября в результате аварии в Волховском районе Ленинградской области 20 ноября. Как ...
Подробнее