БИБЛИОТЕКА: Свящ. Александр Мазырин. К вопросу о русском факторе в срыве Всеправославного собора в 1920–30-е гг. Часть вторая [история Церкви] — Credo.Press

БИБЛИОТЕКА: Свящ. Александр Мазырин. К вопросу о русском факторе в срыве Всеправославного собора в 1920–30-е гг. Часть вторая [история Церкви]

Часть первая - ЗДЕСЬ...

25 июня 1931 г. патриарх Фотий направил митрополиту Сергию письмо с объяснением своих действий в отношении евлогиан, а заодно коснулся темы Предсобора и объединения Московской патриархии с обновленцами:

Нужно стремиться к созыву Общего Всероссийского Собора, представляющего все тело Святой Русской Церкви и с любовью заботящегося о восстановлении единого канонического управления. Для достижения этой боголюбивой цели […] мы готовы братски содействовать, обращая призыв и совет со стороны Матери Церкви ко всяким там церковным группировкам […]. И созыв Общего Собора, и восстановление благодаря ему церковного единства необходимы тем более как можно скорее, потому что вскоре, с помощью Божией, 19 июня 1932 года созывается при участии всех Православных Церквей Всеобщий Православный Предсобор, присутствие на котором и возлюбленной великой сестры Русской Церкви столь необходимо и для всех вожделенно, и, напротив, велика будет всеобщая скорбь, если снова не удастся ей представлять себя на нем (32).

Митрополит Литовский Елевферий (Богоявленский) в письме митрополиту Сергию от 3 августа 1931 г. весьма выразительно прокомментировал этот совет патриарха Фотия («мудрости», как он его язвительно называл) поскорее провести объединительный собор с обновленцами:

Прекрасно «мудрость» знает, что Собора до этого времени у нас не может быть, не может быть предпринято каких-либо общих надлежащих мер к ликвидации происшедших самочинных отделений; тем не менее, когда огромнейшая часть Православного Тела болеет, не видя деятельного, кроме ничего не значащих слов, сочувствия и посильной канонической помощи от других Сестер, «мудрость» почему-то спешит с созданием предсоборного (присутствия) совещания, как бы не желая, чтобы наша Церковь присутствовала на нем в подобающем ей положении, как бы боясь того, что украшенная мученичеством, богатая исповедничеством и исполненная подвижническими воздыханиями, Она может явиться на своевременно созванном Вселенском Соборе в своем подобающем величии. «Мудрость» спешит возвысить свой авторитет, сделав хоть маленькую, даже на словах попытку придать своей кафедре первенствующее уже не по чести, а по власти значение (33).

Видя, что митрополит Сергий объединяться с обновленцами не собирается, и понимая, что это грозит сорвать затеваемый Просинод — а, как следствие, и Вселенский собор, — Константинопольский патриарх пошел на обращение за содействием к большевикам. Архимандриту Василию было поручено «просить Советскую Власть о разрешении прибыть в Москву Представителям четырех Патриарших Престолов Востока для совещания с Русскими церковными кругами по вопросу о восстановлении административного единства Русской Церкви и об участии братской Русской Церкви в имеющем собраться […] Всеправославном Просиноде». Патриарх Фотий писал архимандриту Василию 1 августа 1931 года:

Из сообщения Вашего Высокопреподобия нам сделалось известным, что Советская Власть, совершенно неожиданно истолковавши неправильно распоряжения Святейшего Патриаршего Вселенского Престола по вопросу о Русских Православных приходах в Европе и Митрополите Евлогии, — усмотрела в них дух с нашей стороны недружелюбия в отношении к благосостоянию всей Русской Церкви и даже к Государственной Власти, — до такой степени, что заподозрило даже наступившую перемену в до самого последнего момента искреннем отношении Вселенской Патриархии к заграничным церковным делам (34).

Пересылая перевод письма Фотия Смидовичу, Димопуло добавлял от себя:

Вселенский Патриарх с полною решительностию отвергает предположение о возможности изменения к худшему отношения Вселенской Патриархии к Советской Власти. В действительности это отношение всегда было, есть и будет неизменно не только лояльным, но и определенно благожелательным и сочувственным, с постоянной готовностью выявлять такое именно настроение и в соответствующих действиях и распоряжениях. В частности, распоряжения Патриархии по вопросу о временной церковной юрисдикции Вселенской Патриархии в отношении Русских беженских приходов в Западной Европе имело в виду исключительно умиротворение и успокоение Русских православных беженцев, в предотвращение возможности подчинения их влиянию и юрисдикции Римского Папы, стремящегося достигнуть унии не только с Русскими беженцами заграницей (приблизительно до 6 миллионов), но и с православными, находящимися в пределах СССР, — чем, конечно, преследуются не столько религиозные, сколько политические цели, в явный вред Советскому Союзу (35).

Сам патриарх Фотий также описывал, как он противостоит попыткам склонить русскую диаспору к переходу в католицизм, что якобы и было его главным побудительным мотивом принять под свою юрисдикцию евлогиан. В частности, ссылаясь на газету «Фигаро», он указывал на строительство «большого униатского храма в Париже для Русских» и далее продолжал:

Эти разъяснения и заверения, надеемся, убедят всех, находящихся в России, что деятельностью Патриархии ни в отношении Русской Церкви не совершено чего-либо затрагивающего или умаляющего ее права, ни в искреннем расположении Патриархии к Советской Власти, выявленном с самого начала, не произошло никакой перемены. Вследствие этого, Патриархия убеждена, что не только прекратятся возникшие из явного недоразумения подозрения, но также и в том, что Советская Власть, прекрасно оценивающая полное уважения и искренности расположение к ней Православной Церкви, явно проявившееся как и в деятельности Вселенской Патриархии в отношении к Советской Власти, так и со стороны всех церковных кругов в России, поскольку все эти круги декларировали полную свою политическую лояльность, — что Советская Власть, приняв все это во внимание, соблаговолит в каждом случае благосклонно относиться к церковным вопросам Православной Церкви и исполнить горячие просьбы, чтобы Русская Православная Церковь могла иметь организованное и солидное Представительство в предстоящем Православном Просиноде (36).

В последних словах — подчеркнутых, по-видимому, Смидовичем — и выражался главный на тот момент интерес Константинопольской патриархии.

Вскоре обозначилась и еще одна причина заинтересованности Фанара в Русской церкви. Помимо Вселенского собора, важнейшей целью Константинопольской патриархии в те годы было заключение унии с англиканами. 18 августа 1931 г. патриарх Фотий написал архимандриту Василию, что 15 октября в Лондоне собирается «Православная Догматическая Комиссия», чтобы «встретиться и совместно поработать с Комиссией Англиканской Церкви, составленной из наиболее авторитетных иерархов и богословов Англиканской Церкви по вопросу о догматических различиях, разделяющих две Церкви, с целью подготовить дело сближения и соединения этих Церквей» (Василий Димопуло отправил русский перевод письма Смидовичу, которому, судя по всему, и принадлежат подчеркивания). Далее Фотий II сообщал:

Все православные Автокефальные Церкви уже избрали — каждая по одному особому представителю в состав этой Православной Догматической Комиссии. Ввиду необходимости и желательности представительства и от братской Русской Церкви, было мнение и стремление, чтобы дело устроилось […] приглашением кого-либо из находящихся за границей русских беженских Архиереев.

Однако ж, так как надлежит, чтобы представитель Русской Церкви представлял действительную Великую Русскую Церковь, с соблюдением в полной мере ее авторитета, то мы настоящим письмом спешим предложить Вашему Высокопреподобию, чтобы Вы обратились к вождям двух великих тамошних церковных частей, Патриаршей и Синодальной, и выразили наше желание и просьбу, соответствующие мнению и желанию также и прочих братских Церквей, чтобы 1) или общим братским соглашением обоих названных церковных частей был избран, в возможно кратчайший срок, сообща ими обоими один общий представитель всей Русской Церкви […] 2) или, если это невозможно, чтобы был избран отдельно от каждой из двух церковных частей один особый представитель, причем об избрании двух, в виде исключения вместо одного, представителей Русской Церкви также должны мы получить незамедлительно уведомление, или же 3) наконец, если и это невозможно, каждая из двух церковных частей возложила представительство в этой комиссии на нашего представителя в этой комиссии, или же на представителя другой братской Церкви (37).

Архимандрит Василий, понимая, где будет приниматься решение об отправке русской делегации в Англию, обратился не только к «вождям двух великих церковных частей», но и к Смидовичу с просьбой «не отказать в разрешении осуществить Православной Церкви в СССР свое представительство в Лондоне, для поддержания и укрепления авторитета Русской Православной Церкви в ряду других Православных и Инославных Церквей и для фактического доказательства действительно существующей в СССР внутренней свободы религиозной совести» (38). Судя по подчеркиваниям, последний аргумент привлек внимание Смидовича, однако решающим он не стал. 16 сентября 1931 г. возглавляемая им комиссия при ВЦИК постановила: «Принять к сведению сообщение тов. Тучкова об отказе Патриаршей и Синодальной Церквей принять участие в Лондонской догматической комиссии» (39).

Причины отказа Русской Церкви от участия в «Догматической Комиссии» были обстоятельно изложены митрополитом Сергием в письме архимандриту Василию от 30 сентября 1931 г. (опубликованном затем в «Журнале Московской патриархии»):

Догматическая Комиссия […] является далеко не первым, а скорее одним из последних, если не прямо завершительным шагом Вселенской Патриархии по пути к соединению с англиканской церковию. Это дело ведется уже не один год, и Вселенской Патриархией (как и некоторыми другими автокефальными Православными церквами) в целях того же соединения приняты весьма важные решения. Нам известно, напр[имер], о признании англиканской иерархии. Между тем Русская Православная Церковь не только не приглашалась высказать свое мнение по тому или другому обсуждаемому догматическо-каноническому вопросу, но и не была своевременно и в надлежащей полноте осведомляема о принятых уже решениях. […] Казалось бы, Русская наша Церковь и по числу своих пасомых, и по своему значению в православном мире заслуживала в данном деле более внимательного к себе отношения со стороны Матери-Церкви Константинопольской, и голос нашей Русской церкви, своевременно выслушанный, едва ли был бы лишним при решении столь важного вопроса. […] Теперь нас приглашают, но мы уже не можем и не считаем удобным принять это приглашение, чтобы потом не оказаться пред каким-нибудь неожиданным для нас совершившимся фактом и не нести ответственности за решение, разделять которое по совести мы не будем (40).

Митрополит Сергий выражал опасение, что результатом «будет не подлинное единство англикан с Церковью, а лишь внешний, так сказать, дипломатический союз, прикрывающий внутреннее расхождение». Хотя отказ Русской церкви от унии с англиканами соответствовал интересам советской власти, ответ митрополита Сергия архимандриту Василию очевидным образом имел не только политическую, но и религиозную мотивацию, основанную на убеждении, что «только наша Православная, уцелевшая на Востоке Церковь есть Церковь Христова», и по этой причине «вопрос соединении церквей требует величайшей осмотрительности» (41).

В письме самому патриарху Фотию от 15 октября 1931 г. в ответ на призывы к миру с обновленцами митрополит Сергий резонно заметил, что «путь, избранный к водворению мира, едва ли можно признать целесообразным. Пренебрегать авторитетом местной церковной власти и систематически оказывать “защиту” лишь элементам самочинствующим значит не водворять мир в автокефальной церкви, а старательно его разрушать» (42). Митрополит Елевферий после этого разослал предстоятелям православных поместных церквей, в частности Сербскому патриарху Варнаве, письма с пояснением этих слов митрополита Сергия:

Факты этой «систематической защиты» всем известны — покровительство Константинопольской Патриархии живоцерковникам-обновленцам в России вплоть до предложения блаженной памяти Патриарху ее Тихону в угоду им отказаться от власти и отдать ее этим самочинникам, закрепление откола от Русской Церкви епархий финляндской, эстонской, дарование Польской Церкви автокефалии и, наконец, пока последний по времени — присвоение, хотя временное, Ее Западноевропейских приходов (43).

Тем временем подготовка к Просиноду шла своим чередом. Патриарх Фотий по-прежнему надеялся увидеть на нем обновленцев, но при этом находил поддержку далеко не у всех предстоятелей православных церквей. Так, патриарх Сербский Варнава 14 февраля 1932 г. писал митрополиту Елевферию:

По дошедшим до нас случайным сведениям, Вселенский Патриарх имеет намерение пригласить к участию в предстоящем Просиноде, независимо от представителей Тихоновской церкви, также и представителей так называемой «Живой церкви»… Но мы с нашими боголюбезными архипастырями считаем «живоцерковников» нарушителями св. канонов и отступниками от чистоты истинного православия (44).

Конечно, решать самостоятельно, ехать или не ехать на Афон, ни Московская патриархия, ни обновленческий синод в советских условиях не могли. Вопрос этот рассматривался Комиссией по вопросам культов при ВЦИК. Если поездка русской делегации в Лондон комиссией безоговорочно отвергалась, то в отношении Просинода у нее такой ясности не было. По этой причине решено было запросить высшую партийную инстанцию. В сентябре 1931 г. П.Г. Смидович представил Генеральному секретарю ЦК ВКП(б) И.В. Сталину развернутый доклад на этот счет с приложением документов (главным образом писем архимандрита Василия и патриарха Фотия) (45). Первым пунктом Смидович информировал Сталина, как об «исчерпанном вопросе», про отказ Русской церкви от объединения с англиканами:

Совершенно очевидно, что Советская Власть заинтересована в том, чтобы такого рода сближение и соединение не имело место. Отсутствие делегатов Российских православных церквей срывает эту попытку. Надо было принять меры к тому, чтобы обставить отсутствие делегатов надлежащим образом. Ввиду того, что приглашение к участию в «Догматической Комиссии» было одновременно направлено руководителям староцерковников и обновленцев, были приняты меры, чтобы эти руководители от своего лица в надлежащей форме отклонили это предложение. Это было своевременно достигнуто.

Второй пункт доклада Смидовича Сталину касался именно вопроса о Просиноде. Начинался он с небольшого, но примечательного вступления: «В Москве постоянно проживает официальный представитель “Вселенского Патриарха” архимандрит ДИМОПУЛО. Эта связь используется с пользой для дела». Видимо, ранее Сталину не докладывали, каким «полезным для дела» был архимандрит Василий. Далее Смидович продолжал:

Однако за все эти годы не допускались ни выезды представителей православных церквей к патриарху, ни въезд иных представителей патриарха в СССР, чего патриарх неоднократно добивался. Патриарх всемерно старается сохранить связь с Советской властью и с православными церквами, и эти старания приводят к тому, что линии антисоветской он не ведет открыто и в «крестовых походах» не участвует, хотя в то же время с эмигрантским православным духовенством связан, ведет свою игру, подрывая влияние и значение за границей митрополита Сергия, местоблюстителя патриаршего престола в Москве, — чем вредит нашей линии.

Сессия Просинода имеет целью полное освещение положения православных церквей в СССР, восстановление «административного единства Русской церкви» (воссоединение староцерковников с обновленцами) и урегулирование взаимоотношений православных церквей внутри и вне пределов СССР. Сессия Просинода состоится и без представителей «Российских православных церквей». Надлежащее представительство повело бы к благоприятному, с нашей точки зрения, течению работ сессии. Однако такое представительство организовать при настоящих условиях очень трудно. Отсутствие представительства вывело бы окончательно работу в Константинополе из-под нашего влияния и могло бы поставить вселенского патриарха на антисоветский путь. Ввиду приближения срока созыва Просинода вопрос этот необходимо решить теперь же. Комиссия по вопросам культов просит ЦК ВКП(б) дать в ближайшем времени директиву по этому вопросу. В случае положительного решения его, надо иметь достаточно времени, чтобы организовать надлежащим образом представительство православных церквей на сессии просинода (46).

Логика предложения Смидовича понятна: по сути дела, откликаясь на призыв патриарха Фотия, он просил Сталина санкционировать административное объединение «староцерковников и обновленцев» c тем, чтобы они совместно организовали «надлежащее представительство» на Просиноде для его прохождения в нужном советской власти ключе. Никаких резолюций Сталина на докладе нет, и это можно понять так, что санкции на участие русской делегации в Просиноде им дано не было, что имело далеко идущие последствия.

Для Московской патриархии негласное сталинское «вето» на Вселенский собор было значительно более благоприятным исходом, чем если бы ее заставили экстренно объединиться с обновленцами и затем проводить на Просиноде просоветскую линию, что только бы дискредитировало Русскую церковь перед другими поместными церквами и способствовало бы усилению доминирования Фанара. Официально же позицию Московской патриархии митрополит Сергий изложил в письме от 12 апреля 1932 г. на имя архимандрита Василия следующим образом:

Предложенные нам условия избрания депутатов ставят нашу Церковь в совершенно неудобное положение на Просиноде. […] Нашу Церковь Его Святейшеству [Фотию. — А. М.] угодно рассматривать как неорганизованную церковную массу, не имеющую канонического возглавления. […] В лучшем случае наши депутаты могут оказаться в положении каких-то просителей, а в худшем — даже ответчиков или обвиняемых. Ни то, ни другое не представляется для нас ни приемлемым, ни допустимым. Не имея к тому же решающего голоса, а с этим и возможности законно влиять на постановления Просинода, наша депутация своим присутствием на Просиноде может создать впечатление, будто постановления Просинода приняты при участии нашей Русской Церкви.

Далее в том же письме Заместитель Местоблюстителя высказывался и по поводу внесения в программу Просинода вопроса о разделениях в Русской церкви:

Русский вопрос есть вопрос прежде всего наш домашний, внутренний, и подлежит разрешению прежде всего самой Русской Церкви. Когда она признает, что вопрос превышает ее силы, она обратится за помощью к Сестрам — Церквам Православным, внесет такой вопрос на их соборное рассуждение. Но на Собор поступить эти внутренне-церковные вопросы могут только по инициативе и решению самой же Поместной Церкви, и отнюдь не помимо ее (47).

Таким образом, патриарх Фотий не смог выполнить данное ему Межправославной комиссией поручение — обеспечить должное участие в Просиноде Русской церкви — даже с помощью советской власти. Предсобор не состоялся, причем отменен был в самый последний момент (за шесть дней до начала заседаний). 30 июня 1932 г. архимандрит Василий сообщил митрополиту Сергию, что «открытие заседаний Просинода, предполагавшееся 19 июня с.г. на св. горе Афонской, по инициативе Вселенской патриархии, откладывается. Отсрочка эта вызвана настоятельной необходимостью присутствия на Просиноде представителей всех автокефальных церквей, которое к настоящему моменту не могло быть осуществлено» (48).

Свой комментарий по поводу откладывания Просинода дал в письме митрополиту Сергию от 6 июля 1932 г. и митрополит Елевферий: «Из некоторых заграничных источников выяснилось, что главною причиною неудачи с Просинодом был отказ Русской Церкви от участия в нем; за нею отказались Сербская, Румынская, Кипрская и Греческая (Элладская)». Литовский митрополит расценивал срыв Просинода как «первый (вероятно) добрый плод» деятельности митрополита Сергия «уже для всей Православной Вселенской церкви» и писал ему:

Думаю, что Вы откажетесь от представительства своей Церкви, если Константинопольский Патриарх вздумает осенью повторить свое решение созвать Просинод, если бы даже на этот раз он не сделал той же своей ошибки, представляя Русскую Церковь церковною массою без канонического ее возглавления, ибо едва ли от того изменятся недружелюбные чувства его к Русской Церкви, которые, к сожалению, проявляются к ней со стороны Константинополя, даже если бы мы и не хотели в них видеть недружелюбия, а только повод некстати проявить свою мегаломанию (49).

Примечательно, что это письмо митрополита Елевферия — скорее личное, чем официальное, написанное далеко не в самом политкорректном по отношению к Фанару тоне — было опубликовано в «Журнале Московской патриархии». Тем самым митрополит Сергий давал понять, что позицию митрополита Литовского полностью разделяет и «мегаломании» фанариотов не сочувствует.

Итог всех вышеописанных перипетий довольно парадоксален. Константинопольская патриархия в своей экспансионистской политике пыталась опереться в том числе на советскую власть, но в результате настроила против себя и большевистское руководство, что опосредованно привело в 1930-е гг. к срыву организуемых Фанаром межправославных и экуменических форумов. Русская же церковь, поставленная атеистической властью в предельно стесненное положение и не имевшая возможности быть надлежащим образом представленной на намечаемом Вселенском соборе, благодаря отсутствию санкции Сталина на ее участие в Просиноде не оказалась там в неудобном положении «не то просительницы, не то обвиняемой». Русский фактор, несмотря на попытки греков его нивелировать, вполне проявил себя. (...) 

Примечания:

32 - Из переписки Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Нижегородского Сергия (Страгородского) со Святейшим Патриархом Константинопольским Фотием II и митрополитом Литовским и Виленским Елевферием (Богоявленским), управляющим западноевропейскими приходами Русской Православной Церкви: Документы из архива Отдела внешних церковных связей Московского патриархата // Церковь и время. 2002. № 2 (19). С. 249.

33 - Из переписки Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Нижегородского Сергия (Страгородского), митрополита Литовского и Виленского Елевферия (Богоявленского), управляющего западноевропейскими приходами Русской Православной Церкви и епископа Вениамина (Федченкова), бывшего Севастопольского: Документы из архива Отдела внешних церковных сношений Москов-ского патриархата // Церковь и время. 2001. № 3 (16). С. 284–285.

34 - РГАНИ. Ф. 3. Оп. 60. Д. 27. Л. 56.

35 - РГАНИ. Ф. 3. Оп. 60. Д. 27. Л. 55.

36 - Там же. Л. 57.

37 - РГАНИ. Ф. 3. Оп. 60. Д. 27. Л. 51–51 об.

38 - РГАНИ. Ф. 3. Оп. 60. Д. 27. Л. 50.

39 - Там же. Л. 54.

40 - Ответ Заместителя на приглашение к участию в Лондонской догматической комиссии и в предсоборном всеправославном собрании (ПРОСИНОД) // Журнал Московской патриархии. 1932. № 7–8. С. 6.

41 - Ответ Заместителя на приглашение к участию в Лондонской догматической комиссии и в предсоборном всеправославном собрании (ПРОСИНОД). С. 6–7.

42 - Послание Заместителя Константинопольскому Патриарху // Журнал Московской патриархии. 1932. № 7–8. С. 2.

43 - Его Святейшеству, Архиепископу Печскому, Митрополиту Белградо-Карловацкому, Патриарху Сербскому Кир-Варнаве // Голос Литовской Православной Епар-хии. 1932. № 2. С. 32–33.

44 - Его Высокопреосвященству, Митрополиту Литовскому и Виленскому Елевферию // Голос Литовской Православной Епархии. 1932. № 2. С. 30.

45 - Доклад частично опубликован (см.: Курляндский И.А. Сталин, власть, религия. М., 2011. С. 627–628), но с существенными неточностями, а поэтому здесь цитируется по архивному подлиннику.

46 - РГАНИ. Ф. 3. Оп. 60. Д. 27. Л. 45–48.

47 - Письмо Заместителя Представителю Вселенского Патриарха в СССР Архимандриту Василию Димопуло // Журнал Московской Патриархии. 1932. № 9–10. С. 1–2.

48 - Постановления Заместителя Патриаршего Местоблюстителя и Временного при Нем Патриаршего Синода // Журнал Московской патриархии. 1932. № 11–12. С. 2.

49 - Там же. С. 2–3.

Библиография / References

Архивные материалы

Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ).

Р1235 — Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет Советов рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов (ВЦИК).

Российский государственный архив новейшей истории (РГАНИ).

Ф. 3 — Политбюро ЦК КПСС (1952–1990 гг.)

Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ).

Ф. 89 — Ярославский Емельян Михайлович (1878–1943).

Литература

Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти, 1917–1943 / Сост. М. Е. Губонин. М., 1994.

Ермилов П. В. Константинопольская Православная Церковь [1908–1948 гг.] // Православная энциклопедия. Т. 37. М., 2015. С. 256–275.

Из переписки Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Нижегородского Сергия (Страгородского), митрополита Литовского и Виленского Елевферия (Богоявленского), управляющего западноевропейскими приходами Русской Православной Церкви и епископа Вениамина (Федченкова), бывшего Севастопольского: Документы из архива Отдела внешних церковных сношений Московского патриархата // Церковь и время. 2001. № 3 (16). С. 271–300.

Из переписки Заместителя Патриаршего Местоблюстителя митрополита Нижегородского Сергия (Страгородского) со Святейшим Патриархом Константинопольским Фотием II и митрополитом Литовским и Виленским Елевферием (Богоявленским), управляющим западноевропейскими приходами Русской Православной Церкви: Документы из архива Отдела внешних церковных связей Московского патриархата // Церковь и время. 2002. № 2 (19). С. 229–262.

История в письмах: Из архива священномученика архиепископа Рижского Иоанна (Поммера). В 2 т. / Подгот. изд., предисл и коммент. Ю. Л. Сидякова. Тверь, 2015.

Кострюков А.А. Русская Зарубежная Церковь в 1925–1938 гг.: Юрисдикционные конфликты и отношения с московской церковной властью. М., 2011.

Курляндский И.А. Сталин, власть, религия. М., 2011.

Мазырин А.В. Патриарх Тихон и Константинопольская Патриархия: к вопросу о причинах фактического разрыва отношений // Вестник ПСТГУ. II: История. История Русской Православной Церкви. 2015. Вып. 6 (67). С. 9–37.

Мазырин А.В. «Восьмой Вселенский Собор» и обновленческий раскол в России // XХV Ежегодная Богословская конференция ПСТГУ. М., 2015. С. 124–135.

Митрополит Никодим (Ротов) и всеправославное единство / Сост. прот. В. Сорокин. СПб., 2008.

Покровский Н.Н. Предисловие // Архивы Кремля. Политбюро и Церковь: 1922–1925 гг. В 2 кн. Кн. 1. Новосибирск–М., 1997. С. 7–109.

Протоколы Комиссии по проведению отделения церкви от государства при ЦК РКП(б)–ВКП(б) (Антирелигиозной комиссии). 1922–1929 гг. / Сост. В.В. Лобанов. М., 2014.

Путь моей жизни: Воспоминания Митрополита Евлогия, изложенные по его рассказам Т. Манухиной. Париж, 1947.

Скобей Г.Н. Межправославное сотрудничество в подготовке Святого и Великого Собора Восточной Православной Церкви // Церковь и время. 2002. № 2 (19). С. 54–199.

Следственное дело Патриарха Тихона: Сб. док. по материалам ЦА ФСБ РФ. М., 2000.

Опубликовано: 01.06.2020 в 22:56

Рубрики: Библиотека, Лента новостей



Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

В сюжете:

Главные новости

Церковный суд Екатеринбургской епархии РПЦ МП изверг из сана схиигумена Сергия (Романова)

Церковный суд Екатеринбургской епархии РПЦ МП принял 3 июля решение лишить сана схиигумена Сергия (Романова), духовника Среднеуральского женского монастыря, который ...
Подробнее

Госсовет Турции потратил всего 17 минут на вопрос превращения собора Святой Софии в мечеть. Окончательное решение пока не опубликовано

Государственный совет Турции провел 2 июля специальное заседание для обсуждения вопроса о возможном изменении статуса собора Святой Софии с музея ...
Подробнее

96-летний Георг Ратцингер, брат Папы Бенедикта XVI, скончался в Германии

96-летний священник Георг Ратцингер, брат Папы Бенедикта XVI, скончался 1 июля в Регенсбурге (Германия), сообщает "Catholic Herald". Менее чем за ...
Подробнее

МНЕНИЕ: Клирик прихода РПЦЗ(А) в Санкт-Петербурге священник АЛЕКСАНДР СМИРНОВ: "«Участие в делах тьмы» - это голосование «за» поправки в Конституцию РФ”

Портал «Credo.Press»: Протесты и погромы прокатились в США и некоторых других странах «против полицейского насилия». Кто тут прав, и кто ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: ГХ ВС РФ продолжает насиловать историю. Среди «фресок» «храма» обнаружилась «вооружённый конфликт» в Чехословакии

Под панно с изображением участников послевоенных конфликтов есть легенда к нему. Легенда дает перечень героев: «Гражданская война в Китае, война ...
Подробнее

Представитель Среднеуральского монастыря РПЦ МП ответил на обвинения в педофилии

В Среднеуральском женском монастыре РПЦ МП, фактически возглавляемом запрещенным в служении схиигуменом Сергием (Романовым), назвали дешевым заказом заявления Ксении Собчак ...
Подробнее

Схиигумен Сергий (Романов) призвал россиян не голосовать за поправки в Конституцию

Схиигумен Сергий (Романов), которого запретили в священнослужении после проклятий в адрес руководства РПЦ МП за закрытие храмов в период пандемии, ...
Подробнее

Движение "Христианское действие" выступило против попрания принципов свободы совести в связи с принятием поправок к Конституции РФ

Христиане разных конфессий, объединившиеся в движение «Христианское действие», опубликовали 28 июня заявление против нарушения права на свободу совести в связи ...
Подробнее

Ксения Собчак заявила о намерении подать в суд после событий в Среднеуральском монастыре

Журналистка и телеведущая Ксения Собчак, выдвигавшаяся в 2018 году на пост президента РФ, намерена подать иски в суд в связи ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: Расколи мне купола. Вступив в конфликт с патриархом, схиигумен Сергий собирает армию со всей страны. Куда приведет бунт «глубинного православия»?

Церковный и гражданский суды над среднеуральским схиигуменом Сергием (Романовым) пока переносятся. За это время он рекрутирует все больше сторонников, готовых ...
Подробнее