МОНИТОРИНГ СМИ: VICTOR. Воспоминания о выдающемся старовере современности Викторе Николаевиче Милованове — Credo.Press

МОНИТОРИНГ СМИ: VICTOR. Воспоминания о выдающемся старовере современности Викторе Николаевиче Милованове

Давно хотел написать об этом человеке, но то времени не было, то повода, то настроения. Однако накануне завтрашней экскурсии «Старообрядчество Таганки» это вполне уместно.

На Виктора Николаевича Милованова я впервые обратил внимание, кажется, в октябре 1997 года. Тогда в газете «Московские новости» вышел наш с Олександр Солдатов (Olexander Soldatov) материал «Старые русские» – о престольном празднике в Покровском кафедральном соборе; в ту пору материалы о старообрядцах были редкостью, а в центральной печати – тем более. После очередной воскресной службы меня отловила – другого слова не подберу – местная «патриотически настроенная» молодёжь, которая стала мне выговаривать, что, мол, зачем я пишу про них в «Масонских новостях». Сказать им прямо в лицо всё, что я о них думаю, мне мешали христианская этика и остатки хорошего воспитания; я молча слушал (потом, кстати, эта группа почти в полном составе ушла в единоверие). Моё молчание возмущало их всё сильнее, страсти накалялись; кажется, ещё немного – и они развели бы костерок где-нибудь прямо во дворе, чтобы не дать уйти еретику.

В это время к нам подошёл среднего роста седой человек со сдержанной улыбкой на благородном лице и сказал несколько примирительных слов. Его, видимо, знали, и кипение страстей стало убывать. Так мы познакомились.

В.Н. был доброжелателен и общение с ним с самого начала складывалось легко, хотя говорил он отмеренно и в душу не впускал. Сначала мы узнали, что он регент (головщик по-старообрядчески) и учит церковному пению. Ира хотела научиться (но у неё всегда было мало времени) и научить этому Сашу (которая этого не хотела). Помню, как после службы мы ещё стояли в храме и зашла об этом речь. Милованов немного помолчал, а затем с лёгким нажимом сказал: «Чтобы что-то получилось, мало хотеть. Этого надо страстно желать».

Тогда он преподавал церковное пение единоверцам в посёлке Куровское, в Гуслицах, в 100 км к юго-востоку от Москвы, где как раз создавался единоверческий центр. Одновременно ставил иконостас и создавал хор в единоверческом же храме Николы в Студенцах у метро «Таганская». Имея архитектурное образование, и церковь мог бы построить. Иными словами, это был человек-храм, какие раньше встречались, да и теперь иногда встречаются в старообрядчестве. Однако его внутренняя свобода поверх церковных барьеров вызывала недовольство с обеих сторон: митрополит Алимпий периодически ему выговаривал и не то не допускал к кресту, не то даже отлучал от таинств, а настоятель Николы в Студенцах отец Петр то выгонял его, то допускал вновь. Но, несмотря на недовольство с обеих сторон, канонически обоснованное, он делал то, что считал нужным.

Как-то после службы (дело было зимой) он сказал, что хочет мне кое-что показать. Мы сели на троллейбус, доехали до Абельмановской заставы, прошли вдоль Покровского монастыря и нырнули во двор, отгороженный от улицы высотными домами. Так я впервые увидел то, что когда-то было Успенским собором на Апухтинке, и узнал историю этого храма. В.Н. в детстве жил рядом с ним, ходил туда, помнил его, а его отец пел там (кстати, дед Милованова был настоятелем большого старообрядческого храма в Егорьевске). В.Н. рассказывал мне какие-то истории, которые я не очень запомнил, а в одну из следующих встреч показал несколько фотографий Апухтинки. Потом уже я сам заинтересовался этим храмом и в фотоотделе Музея архитектуры нашёл несколько фотографий, сделанных при закрытии собора.

Довелось мне побывать и у него дома у метро «Коломенская». Жил он один: жена давно умерла, дочь жила с мужем (кто этот муж, я тогда не спросил). Мы разговаривали долго, несколько часов; он показал мне законченную икону протопопа Аввакума и рассказал, что хочет написать образ его жены Анастасии Марковны: ведь она тоже пострадала за веру.

В.Н. был человеком независимым, внутренне свободным, с большим чувством собственного достоинства, настоящим аристократом, не чуждым ни иронии, ни самоиронии. Мне кажется, он смотрел на наш суетный мир немного отстранённо, с лёгкой улыбкой, хотя не уступал в тех вопросах, которые были для него принципиальны. Я много раз просил его написать мемуары, и за несколько лет до ухода он сказал, что как раз занят этим.

Ушёл он тихо осенью 2011 года, а через несколько лет в книжном магазине на Рогожском я увидел книгу его мемуаров. Её предваряли два предисловия. Одно было написано протоиереем Виктором Жельцовым – настоятелем Покровского кафедрального собора на Рогожском кладбище:

«Виктор Николаевич Милованов <…> был прихожанином Рогожской старообрядческой общины и моим духовным чадом.

С Виктором Николаевичем я познакомился давно, но близко узнал его <…> с момента избрания <…> в состав Церковного Совета. <…> У Виктора Николаевича был приятный тенор, он прекрасно знал церковное крюковое пение. Кромке того, Виктор Николаевич занимался иконописью и, будучи архитектором, много потрудился в составе реставрационной комиссии по восстановлению храмов Рогожской общины.

Виктор Николаевич остался в моей памяти как человек неподкупной совести, исключительной честности и принципиальности, в общем, настоящий христианин, каких сейчас уже и не найдешь».

Другое, как я понял, принадлежало тому самому мужу дочери, о котором я в своё время не полюбопытствовал:

«Мой тесть, Виктор Николаевич Милованов, казался мне всегда человеком закрытым. Я бы назвал его великим конспиратором. В далекие советские годы он слушал меня, еще совсем молоденького студента и тихонько подсмеивался внутри, а потом вдруг говорил: “А в австрийской газете ‘Фольксштимме’ написано по-другому”. Или: “А западногерманское радио говорит об этом так…” На мои какие-то высказывания реагировал непредсказуемым образом. Например: “А зачем об этом вообще кому-то рассказывать?” И только после появления этих воспоминаний становится ясно, почему он так “шифровался”, и одновременно поражает мысль, чего же мы могли лишиться, не приди ему на старости лет мысль сохранить свои воспоминания.

Жизнь старообрядческой семьи на крутом историческом переломе, когда одни и те же люди были частью советского общества, жили среди советских людей, а в глубине души хранили свою веру и смотрели на мир сквозь призму своей традиции – об этом повествует первая часть книги.

Вторая часть книги – история юного офицера, военного переводчика, находящегося то при штабе армии, то на передовой, а то и с партизанами в тылу врага. Он видел врага не только в прицел винтовки, но и непосредственно общался с ними во время допросов – это редкий опыт разведчика. В отличие от многих военных мемуаров рассказ идет не о том, как он воевал, а скорее о том, как и чем он жил на войне.

О том, как советский юноша <из> старообрядческой семьи перелистывает в руках гостевую книгу старинного графского замка, а во время масленицы танцует вальс на балу в Венском дворце в Хоффбурге, как складываются его непростые отношения с австрийской девушкой – говорится в третьей части книги. Вот где берет начало его любовь к Гете и к Бетховену, все девять симфоний <которого> он мог напеть наизусть!

Но самое главное, на протяжении всей книги можно проследить, как складывается и укрепляется вера, которая вначале проявляется данью традициям, а потом – уверенностью в том, что Бог непосредственно участвует в жизни через цепь событий, которые иначе чем чудом или вмешательством Божьим не назовешь».

Когда я посмотрел на подпись, моему изумлению не было предела: «священник Петр Коломейцев, декан психологического факультета Российского Православного Университета, клирик храма святых бессребреников Космы и Дамиана в Шубине».

Бывают странные сближения! Будь В.Н. жив, я бы порасспросил его об этом родстве подробнее.

Читая книгу, я узнавал те истории, которые он мне рассказывал, но больше было тех, о которых он даже не заикнулся. Например, оказывается, он осенью 1941 года учился на курсах переводчиков вместе с поэтом Павлом Коганом! Общение их не было взаимоприятным, но само по себе свидетельство ценно. В этих мемуарах множество ценнейших свидетельств и о старообрядчестве, и о тогдашней Москве, и, разумеется, о войне.

Думаю, каждому, кто знал Виктора Николаевича Милованова, есть что вспомнить об этом удивительном человеке, прожившем внешне тихую, но цельную и творческую жизнь.

БЛОГ МИХАИЛА ДЗЮБЕНКО, 4 августа 2019 г.

Опубликовано: 05.08.2019 в 12:05

Рубрики: Лента новостей, Мониторинг СМИ



Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

В сюжете:

Главные новости

Правительство Москвы отказало старообрядцам РПСЦ в просьбе провести молебен у бывшего кафедрального собора в Москве, занятого общежитием

Правительство Москвы ответило отказом на ходатайство воссоздаваемой старообрядческой общины храма во имя Успения Пресвятыя Богородицы, что на Апухтинке (Таганский район, ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: FT рассказала о разладе между Кремлем и РПЦ. В последнее время отношения Путина и Кирилла резко ухудшились, констатирует авторитетное британское издание

С приходом к власти президента Владимира Путина между Кремлем и Русской православной церковью (РПЦ) всегда были хорошие отношения, однако в ...
Подробнее

Предприниматель, создавший в Москве музей русской иконы, погиб в авиакатастрофе в Греции

Основатель Музея русской иконы, предприниматель и меценат Михаил Абрамов погиб в авиакатастрофе в Греции 20 августа, сообщает РИА "Новости" (https://ria.ru/20190821/1557732093.html). ...
Подробнее

В руководстве РПЦ МП выразили беспокойство в связи с проведением в Чернигове конференции, посвященной БАПЦ

В Московском патриархате предполагают, что Константинопольский Патриарх Варфоломей "решил консолидировать раскольнические движения по всему миру", заявил 19 августа глава синодального ...
Подробнее

Конференция "Белорусская интеллигенция в поддержку Белорусской Автокефальной Православной Церкви" прошла в Чернигове

Более 90 участников - священнослужители, гражданские активисты, ученые, писатели, публицисты - приняли участие в проходившей 17-18 августа в Чернигове международной ...
Подробнее

Популярный петербургский священник Алексий Мороз стал епископом ПРЦ/РПЦЗ Зосимой (+ ВИДЕО)

Архиерейская хиротония иеромонаха Зосимы (Мороза) во епископа Санкт-Петербургского и Северо-Российского ПРЦ/РПЦЗ состоялась 12 августа, в день памяти св. мученика Иоанна ...
Подробнее

Росимущество через суд пытается забрать у лютеран церковь в центре Воронежа

Упраление Росимущества по Воронежской области обратилось в арбитражный суд с иском к местной религиозной организации (МРО) «Евангелическо-лютеранский приход Святой Марии ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: Разогнанные и очень обиженные. Как патриарх Кирилл сам создал себе мощную оппозицию в РПЦ, «уволив» почти всех членов своей прежней команды

После 10 лет патриаршества Кирилла (2009—2019) от его легендарной «команды мечты» почти ничего не осталось. Наиболее креативные члены «команды» (отцы ...
Подробнее

КОММЕНТАРИЙ ДНЯ: Десятилетие абсурда. Признание «экстремистскими» прописных религиозных истин началось в РФ в 2009 году

Новый скандал с признанием в Кирове «экстремистским текстом» цитаты из Библии (православного Синодального перевода!) показателен с разных точек зрения. Это и прогнившее ...
Подробнее