МЫСЛИ: Гедеон Янг. «ОНИ ИЗМЕНЯЮТ НАШЕГО БОГА НА ЧТО-ТО, СОВЕРШЕННО НЕ ПОХОЖЕЕ…». Размышления о притеснениях инаковерующих в современной России, навеянные просмотром фильмов о преследованиях христиан в феодальной Японии

Тема, которую я собираюсь затронуть в этой и последующих публикациях, настолько велика и обширна, что вполне сопоставима по масштабности с теми двумя феноменами, на стыке которых она и возникла. Это религия (духовность, Бог, дьявол, загробная жизнь, потустороннее) и кино.

Как и в самой человеческой истории, духовность, религия, Бог появились в кинематографе практически сразу, с первых лет его существования, и в дальнейшем присутствовали постоянно и по сей день являются одной из мейнстримных тем наэкране. Начавшись с классических библейско-христианских сюжетов, в новый вид искусства немедленно проникло и инфернальное измерение другой реальности. Дьявол, бесы, ад, жизнь после смерти, вампиры, оборотни «и все-все-все» нередко делали продюсерам и режиссерам куда лучшую кассу, а актерам приносили зачастую побольше славы, чем Бог, ангелы и библейские сказания. Что и неудивительно – ведь в дуалистичном сознании западного человека это две неизбежные и взаимозависимые реальности, «две стороны одной монеты». Да и извечное любопытство и жажда познания (нередко доходящая до маниакальной зависимости) всего таинственного, волшебного, запретного и страшного посредством «движущихся картинок» удовлетворялась кинематографом наилучшим образом. Так, что одним из первых, еще немых фильмов на тему стала картина 1896 года «Замок дьявола» — его нередко называют первым фильмом ужасов. А в 1910 году был впервые экранизированроман Мэри Шелли «Франкенштейн, или Современный Прометей».

На непростой истории взаимоотношений искусства с политическими режимами, общественными нравами, коммерческой модой и позицией государственной Церкви специально останавливаться тоже нет необходимости – например, вот история«запрещенных фильмов» в США согласно Кодексу Хейса. Разве что это потребуется в связи с актуальными кинопроектами, типа пресловутой «Матильды».

Голливудская продукция этого жанра, как и вся вообще, инфильтрует используемые мифологические сюжеты традиционными ценностями WASP– «Белого Англосаксонского Протестанта». Это культ супергероя – обычно выходца из социальных низов, борьба за справедливость, равноправие и даже «права человека», взбунтовавшегося перед богами. В последние десятилетия этот дискурс был разбавлен и дополнен толерантными ценностями – особым вниманием к ущемленным и разнообразным меньшинствам. Как говорит автор одного из обзоров религиозного кино,«Моисей Ридли Скотта — типичный голливудский герой, который должен преодолеть себя и обстоятельства, убедить соратников и победить врагов. Для этого ему нужна вера — как в светском, так и в религиозном понимании. Для американского героя свойственно соединение этих двух вер. Америка вообще склонна к оправданию своих интересов через предание им мессианского окраса».

Для религий вообще характерно разнообразное интенсивное взаимодействие с другими религиозными культами и институтами в процессе их становления, в том числе конкуренция и противоборство в борьбе за адептов, зоны влияния и материальный капитал. Но если для религий Востока все же более свойственен инклюзивистский подход, то религиям Запада, происходящим из единого корня – культа племенного ревнивого и карающего семитского Бога это присуще в куда большей степени. Недаром история европейской цивилизации с полным правом может быть прочитана и как история религиозных войн, преследований, гонений и репрессий.

Увы, эти, казалось бы, отжившие свое атавизмы «средневековья» пробудились в современной плюралистической России, где преимущественно одна Церковь (и ее версия христианства) все более проникает в общественно-политические институты и стремится к расширению влияния на общественное сознание. Те же, в ком она видит конкурентов, стигматизируются усилиями «сектоведов» как «тоталитарные секты», и постепенно удаляются из правового поля государственной машиной, получая ярлык «экстремистских». Основными конкурентами РПЦ МП считает, и вполне обоснованно, многочисленных протестантов, потому, очевидно, и попавших первыми под обкатку писавшегося как антиэкстремистский «закона Яровой». Начали, по «доброй» сталинско-гитлеровской традиции, с многострадальных Свидетелей Иеговы. Надо полагать, очередь и прочих «неформатных» религий и вероисповеданий наступит, и даже статус традиционных им мало поможет. Речь идет о каких-нибудь неугодных по финансовым или географическим причинам буддийских общинах, как многострадальный уральский Шад Тчуп Линг.

Миссионеры же православные, тщась доказать не менее кровожадный лик «якобы миролюбивого» буддизма, потрясают жуткими историями 400-летней давности. Так, «диакон всея Руси» Андрей Кураев рассказывает, как «в буддистско-синтоистской Японии уже лилась кровь христиан». Вернее, просто пересказывает факты. «До начала гонений в стране насчитывалось около 300 000 христиан. И это было сочтено угрозой для национальной безопасности Японии и для благополучия буддистских монастырей. Христианство было объявлено вне закона. В 1623 г. было казнено 27 христиан. В 1618-1621 — убито 50 христиан-японцев. Следующий, 1622, год вошел в историю японской Церкви как «год великомучеников»: 30 христиан было обезглавлено и еще 25 сожжено заживо (из них — девять иностранных католических священников). И так продолжалось два с половиной века. Когда во второй половине XIX века христианство было все же объявлено разрешенной религией, христиан в Японии осталось 100 000». Правда, так и осталось неясным, как именно «продолжалось два с половиной века» — каждый год казнили по 50 христиан, или после избавления от миссионеров-виновников конфликта репрессии утихли? Конечно же, каждая жизнь бесценна, и каждая смерть – трагедия, но будучи знакомым с технологиями миссионеров, нельзя не заподозрить Кураева в направленной подводке мысли слушателя к желаемым выводам…

Вот я решил посмотреть последний эпик Мартина Скорсезе. Обращавшийся уже к религиозной теме в «Кундуне» и скандальном для особо чувствительных особ «Последнем искушении» мэтр снял в 2016-м историческую драму «Молчание», посвященную преследованиям христиан в Японии XVIIвека. А вслед за «Молчанием» посмотрел и первую японскую «Тишину» 1971 года. Оба фильма — экранизация одноименного («Молчание» или «Тишина», яп. «Тинмоку») романа Сюсаку Эндо, японца-христианина. «Осмысление самой возможности и характерных особенностей христианства в Японии — центральная тема творчества писателя».

Для начала ставлю «неуд» Скорсезе. Возможно, он (католик по рождению) на старости лет проникся верой, «воцерковился» или что-то в этом роде, но в целом в его римейке нет ничего принципиально нового, почти дословный пересказ «Тишины» японской. В свое время мне не понравилось и его «Последнее Искушение» — затянуто, вяло и неубедительно, почти не передана, «размазана» главная идея экранизированного текста Казандзакиса — противостояния и сопротивления идущего духовным путем Восхождения адепта всепожирающему болоту мiра сего.

Из-за отсутствия принципиальной разницы в двух фильмах и размышления получились скорее обобщающими, «на тему».

В середине XVIвека иезуиты привезли в Японию христианство, а к началу века XVII христиан в стране было уже несколько сотен тысяч. Возможно, сами миссионеры несли совершенно искренне Свет Христов заблудшим душам, однако очевидно и то, что их откровенно использовали европейские страны в своей колонизаторской политике. Так, японский чиновник, рассказав падре Родригесу басню о человеке, выгнавшем всех четырех своих любовниц, сражающихся за превосходство, сравнивает с персонажами Японию и четыре страны, борющиеся за власть над ней, – Испанию, Португалию, Англию и Голландию.

Использовала отцов-иезуитов и Римско-Католическая Церковь, нуждавшаяся в новых овцах стада Христова и зонах влияния для компенсации утраченных в результате Реформации. И опять-таки красноречива фраза в начале фильма «В 1549 году С ОРУЖИЕМ В РУКАХ на южном побережье Японии высадился Фрациско Ксавьер«. Вот не могут «воины Христовы» по-доброму, по-хорошему, непременно «с оружием в руках».

Простоватым и наивным крестьянам новыйГосподь и упование на небесное искупление показались, видимо, альтернативой государственно-чиновничьему, обслуживающему интересы господ синто-буддийскому культу, и количество новообращенных быстро, за полвека, достигло аж трехсот тысяч. Что пошатнуло устоявшийся культурный, религиозный и социальный уклад Японии, власть почувствовала угрозу и начала репрессии.

Исповедание христианства сёгун Иэясу Токугава объявил преступлением. Христианам под угрозой смертной казни полагалось отречься от новой веры, поправ ногами распятие, или плюнув на изображение Девы Мария, назвав ее непристойным словом. Этот обряд назывался «фумиэ».

Нежелающих отречься от веры во Христа пытали и убивали, но, несмотря на это, многие отказывались совершить «фумиэ». Возможно, в этом проявилось буддийская, и даже более –«фундаментальная склонность человека воспринимать себя вечным и нетленным» (Эрих Нойманн), видение и чаяние вечности жизни, или свойственное японской культуре особое отношение к смерти.

Двое португальских иезуитов прибывают в Японию, чтобы найти пропавшего падре Феррейру и восстановить христианскую веру. Как оказалось, падре Феррейра — теперь его по-японски зовут Савано — отрёкся от веры, живет с японской женой, занимается астрономией и пишет книги в опровержение христианства. Феррейра побуждает Родригеса последовать его примеру. Испытав невероятные моральные страдания и физические муки, Родригес ради великой любви — спасения жизней японских христиан — следует примеру наставника.

Есть в фильме и свой «Иуда» – слабовольный Кичиджиро, многократно отрекающийся, а впоследствии кающийся. Наконец, однажды он предает и самого падре Родригеса за «300 сребренников». Сам он объясняет свою нестойкость в вере аналогией с рисом – «Рис, который мы выращиваем здесь, крепкий, а я родился слабым». Красноречиво его признание-покаяние: «Падре, выслушайте меня! Я отказался от веры! Но если бы я родился снова (очевидная отсылка к буддийскому прошломуи вере в перерождения), то жил и умер бы как настоящий христианин. Но я родился во времена, когда христианство под запретом. Как я сожалею об этом!» (Здесь и далее – цитаты из «Тишины»).

Стояние в вере и страдания за нее вплоть до смертных мук вполне естественны для неофитов и сообществ новообращенных. Мне же наиболее красноречивым показался диалог двух бывших падре в конце фильма, прекрасно иллюстрирующий трудности и коллизии миссионерства, а также типично азиатский религиозный синкретизм:

«Я прожил здесь 20 лет, и знаю Японию лучше тебя. Наша религия не может здесь укорениться. Это болото, ужасное болото, где из любой рассады вырастает гниль….

…Это не наш Бог, это их боги, в которых верят эти люди. Мы долго не понимали этого.
Мы думали, японцы приветствуют приход христианства.
Японцы поклоняются богине Каннон, как мы Деве Марии.
Ксавьер учил их о Боге, а они изменили его на своего собственного бога солнца. Они называют его Дайначи. Это ИХ бог.

Они изменяют и превращают нашего Бога во что-то другое… совершенно непохожее

Что и подтверждают реалии современной Японии – как рассказывал знакомый японист, современные японцы при рождении совершают синтоистские обряды, венчаются в церкви, а провожают усопших по-буддийски.

И, да — чуть не забыл — обязательно #скажите_это_Кураеву. Ведь именно «диакон всея Руси» своим миссионерским текстом про кровожадных буддистов, убивших 200 тысяч христиан, в основном и мотивировал меня посмотреть эти фильмы. Так и живописуется в воображении  картина – в 16-17 веке на еще не оправившуюся от раскола, предпетровскую Русь «с оружием в руках» вторгаются буддийские (или индуистские, или еще какие-то нехристианские, языческие) миссионеры. В считанные десятилетия обращают в свою «бусурманскую» языческую веру сотни тысяч русских православныхлюдей— и добрые христолюбивые царь и патриарх, аккурат почти в это время жегшие живьем за веру старого обряда своих же сограждан – сестер и братьев во Христе! — сотнями и тысячами, и пальцем их не трогают. Наоборот, предоставляют вид на жительство, права, свободы и прочие преференции наряду с «православным большинством». Или, может, традиционно исповедующие буддизм и шаманизм народы — буряты, калмыки, тувинцы, алтайцы — сами напросились в подданство Белого Царя, искренне и истово прося просветить их верой Христовой? А вовсе не «православные миссионеры» тысячами «обращали» – якобы в христианство — простодушных и доверчивых туземцев-сибиряков, катализируя процесс «огненной водой»?

Конечно, никого не оставят равнодушными и муки самих преследуемых японских крестьян/христиан, и душевные терзания «Иуды» Кичиджиро, равно как поистине «восточная», изощренная жестокость их гонителей. Но, как сказала в обсуждении фильма в Фейсбуке одна знакомая, «христианам обязательно стоит смотреть этот фильм. Может, тогда они задумаются о своем поведении…». Пожалуй, особенно стоит задуматься о нем предстоятелям, идеологам, менеджерам и миссионерам доминирующей в России религиозной организации, пока она не превратилась окончательно в подобие то ли новых крестоносцев, то ли тех самых «кровожадных японцев», аж до смерти преследовавших религиозное меньшинство.

Опубликовано: 20.09.2018 в 23:14

Рубрики: Мысли



Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!

В сюжете:

Главные новости

РПЦ МП угрожает Иерусалимскому патриархату, если он поддержит Константинопольский

РПЦ МП приостановит участие в службах в Храме Гроба Господня, если Иерусалимский патриархат примет сторону Константинопольского патриархата и допустит туда ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: Креста ради. Решение Вселенского патриарха и непримиримая позиция, занятая синодом РПЦ, ведут к разрушению структуры «мирового православия». Анализ Александра Солдатова

Синод Московского патриархата, собравшийся на заседание 15 октября в помещениях Минского епархиального управления РПЦ, вынес, с одной стороны, ожидаемое, а ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: Разлад между Москвой и Константинополем: Как отреагируют поместные церкви? Отвечают Светлана Солодовник, Александр Солдатов и Сергей Фирсов

По мнению экспертов, большинство автокефальных и автономных церквей предпочтут нейтралитет По итогам заседания Синода Русской православной церкви 15 октября в ...
Подробнее

Митрополит Александр (Драбинко) объявил о том, что считает себя клириком Константинопольского патриархата

Известный иерарх Украинской Православной Церкви Московского патриархата, бывший секретарь ныне покойного митрополита Киевского Владимира и председатель ОВЦС УПЦ МП митрополит ...
Подробнее

МЫСЛИ: Проф. Михаил Бабкин. ТИТУЛАТУРА МОСКОВСКОГО ПАТРИАРХА В КОНТЕКСТЕ «ПАРАДА АВТОКЕФАЛИЙ». Исторический прогноз

Автор - доктор исторических наук, профессор Российского государственного гуманитарного университета   Исследование эволюции официальных титулатур московских патриархов в период 1589-1700 ...
Подробнее

Появились подробности совещания Совбеза РФ, на котором Путин поднял вопрос православной Церкви в Украине

В Кремле поставили знак равенства между УПЦ МП и Русской Православной Церковью. Как передает 15 октября корреспондент УНИАН в РФ, ...
Подробнее

МЫСЛИ: Антон Чивчалов. ОХОТА НА ПЕВЦОВ И КЛАДОИСКАТЕЛЕЙ. Правоохранительные органы признались, за что преследуют Свидетелей Иеговы на самом деле

В Кирове пять верующих – Свидетелей Иеговы арестованы за «экстремизм». И что интересно в данном процессе, впервые на моей памяти правоохранительные ...
Подробнее

Синод РПЦ МП может отлучить от Церкви президента Украины, предполагает экс-председатель ОВЦО МП

Президента Украины Петра Порошенко можно отлучить от Церкви за его слова про аннексию Киевской митрополии со стороны РПЦ МП и другие прегрешения. Такое ...
Подробнее

В Минске началось заседание Синода РПЦ МП, который формулирует «жесткий ответ» Константинополю

Под председательством Патриарха Кирилла (Гундяева) днем 15 октября в Минске началось заседание Священного Синода РПЦ МП, которому предстоит сформулировать "жесткий ...
Подробнее

Церковь ответственна за хорошее настроение граждан, заявил президент Лукашенко на встрече с Патриархом Кириллом (Гундяевым)

Встреча президента Беларуси Александра Лукашенко с Патриархом Кириллом (Гундяевым) состоялась утром 15 октября, сообщает официальный сайт Лукашенко. Президент Беларуси в ...
Подробнее