БИБЛИОГРАФИЯ: Протоиерей Константин Костромин. АРХИЕПИСКОП МИХАИЛ (МУДЬЮГИН) (1912-2000). МУЗЫКАНТ, ПОЛИГЛОТ, ИНЖЕНЕР И БОГОСЛОВ. СПб, 2016 — Credo.Press

БИБЛИОГРАФИЯ: Протоиерей Константин Костромин. АРХИЕПИСКОП МИХАИЛ (МУДЬЮГИН) (1912-2000). МУЗЫКАНТ, ПОЛИГЛОТ, ИНЖЕНЕР И БОГОСЛОВ. СПб, 2016

Среди тех епископов РПЦ МП, которые в тяжелые богоборческие времена отстаивали интересы своей Церкви и даже пытались развивать богословскую науку, первое место после архиепископа Ермогена (Голубева), безусловно, принадлежит его младшему современнику архиепископу Михаилу (Мудьюгину). Он был не только ректором Ленинградских духовных школ, но и епархиальным архиереем сначала в Астрахани, а затем в Вологде. Именно в Вологде мне посчастливилось познакомиться с ним в 1982 году. Он очаровал меня простотой жизни и общения, мудростью и открытостью, хотя мы виделись впервые. Я слушал его игру на фортепьяно в скромном деревянном домике, рассказы из жизни.

Но он был еще и пастырем. В трудный для меня период жизни, после обыска, проведенного сотрудниками КГБ, я получил от него наставление, которое не звучало командой или приказом, но помогло мне утвердиться и найти верное решение.

И вот, наконец, книга об архиепископе Михаиле пришла к читателям. Отрадно, что написать ее поручили ученому священнику, получившему высшее светское образование, преподавателю Санкт-Петербургской академии Константину Костромину. Автор проделал кропотливую работу — он нашел много свидетельств о жизни и облике владыки Михаила. Нельзя забывать, что церковная история, у истоков которой стоит Евсевий Кесарийский, всегда была одной из ветвей христианского богословия. Книга об архиепископе Михаиле написана живо и читается с интересом.

Стоит кратко напомнить о его трудном пути и о семье, в которой воспитывался будущий архиепископ. Он родился 12 мая 1912 г. в Петербурге, в дворянской семье. Его отец, Николай Алексеевич, был статским советником, при Столыпине служил в Главном управлении по делам местного хозяйства Министерства внутренних дел. Мать, Вера Николаевна, занималась воспитанием детей. У Михаила было два брата: Владимир и Георгий (первый впоследствии стал инженером, второй — юристом-криминалистом). Сильное влияние на него оказала бабушка – человек глубокой веры. До 12 лет он учился дома – родители не хотели отдавать сына в советскую школу. Матери и бабушке удалось дать мальчику домашнее воспитание в классическом дореволюционном духе. К тому времени, когда он поступил в школу, в шестой класс, он самостоятельно изучал латынь и посещал музыкальную школу. Михаил был воспитан в православии. Еще ребенком вместе с матерью посещал Александро-Невскую Лавру, храм святителя и чудотворца Николая на Песках (Барградское подворье в Петербурге).

Когда подрос, стал петь и читал на клиросе, прислуживал в алтаре, принимал активное участие в жизни Свято-Андреевского Старо-Афонского подворья в Петербурге. Несколько лет он вел жизнь послушника, уходя домой только на ночь. Митрополитом Петроградским Вениамином был посвящен в чтецы. С благодарностью будущий архиепископ вспоминал о тех людях, которые способствовали его духовному развитию: «Один из таких людей был мой первый, с семи лет, духовник, отец Гавриил, который был священником в церкви иконы Божий Матери Скоропослушницы на Песках… Отец Гавриил - сириец по национальности. Этот человек сыграл громадную роль в моем духовном становлении. Он обращался со мной совершенно как со взрослым, воспитывающе воздействовал на меня в самом возвышенном смысле этого слова. Большое влияние на меня оказали монахи Афонского подворья. Они были люди простые, но духовные. И сами они, и весь строй монашеской жизни меня духовно формировали».

Михаил с детства мечтал посвятить себя церковному служению. В 18 лет он вел занятия в воскресной школе, где преподавал Закон Божий для детей пяти-шести лет. В 1929 году, после окончания школы, Михаил пытался поступить на химический факультет Ленинградского университета, но его «срезали» из-за дворянского происхождения. Пришлось идти работать на завод «Красный путиловец», это открывало путь к высшему образованию.

Но было еще одно препятствие — вера, от которой он не хотел отказываться. Более того, Михаил принимал участие в христианском кружке, за что в 1930 году был арестован. Приговор оказался мягким, поскольку Михаил был несовершеннолетним: он получил три года условно. Девять месяцев провел он в тюремной камере, в которой было размещено еще двадцать заключенных. Спать приходилось то на полу, то на столе. Позднее он вспоминал, что встретил в тюрьме много интересных людей, и главное, у него было много времени, чтобы молиться. Впоследствии владыка рассказывал об одном эпизоде тюремного заключения. Единственным желанием было, чтобы ему передали в камеру Евангелие. Наконец, долгожданную книгу удалось получить с воли. Предвкушая радость чтения, Михаил улегся с нею на тюремные нары. Но прежде, чем он успел углубиться, услышал голос соседа по камере – пожилого католического священника: «Молодой человек! Эту книгу надо читать, стоя на коленях…». Это владыка запомнил навсегда.

Трепетное, благоговейное отношение к Священному Писанию он пронес через всю жизнь. Слово Божие жило в его памяти и в его сердце. По самым разным поводам он приводил тот или иной библейский текст, и обыкновенно с точным указанием главы и стиха, и цитата звучала как последний и решительный аргумент, отводящий все сомнения. Слово Божие был для него непререкаемым авторитетом.

Работая на заводе, Михаил поступил на вечернее отделение Института иностранных языков, и в 1933 году его закончил. Способность к языкам у него была феноменальная. До самой старости архиепископ Михаил читал и свободно разговаривал на нескольких европейских языках, а на немецком даже писал стихи. Помимо этого он хорошо знал латынь, которую выучил самостоятельно еще в отрочестве.

В 1932 году Михаил Николаевич женился на Дагмаре Шрайбер, она происходила из немецкой лютеранской семьи. Годы спустя, не без влияния супруга, она приняла православие и в миропомазании стала Марией. Глубокое знакомство с евангелическо-лютеранской традицией, приобретенное Михаилом в ранней молодости, оказалось впоследствии полезным для развития богословского диалога РПЦ МП с протестантским миром. Познакомились будущие супруги в христианском кружке и вместе проходили по одному делу. Вплоть до смерти Марии Александровны в 1963 году они оставались единомышленниками. В 1933 году они были высланы на Урал. Здесь в школе городка Губаха Михаил преподавал химию и немецкий язык.

Когда он самовольно попытался вернуться в Ленинград, его задержали и вновь выслали в Новгородскую область. Несколько месяцев он был безработным, но затем устроился теплотехником на заводе «Красный фарфорист» в Чудове. Перед самой войной добился права вернуться в Ленинград, жил в городе Пушкине, работал в конструкторском бюро, вместе с которым в начале войны был эвакуирован и вновь попал на Урал. Работал инженером на оборонном заводе в Свердловске, затем в Новосибирске. Во время войны получил второе образование, учась заочно на энергетическом факультете Института металлопромышленности, который успешно закончил в 1946 году. В 1947 году семья вернулась в Ленинград. В 1953 году он защитил кандидатскую диссертацию и получил звание доцента в Ленинградском горном институте, где затем работал, преподавая теплотехнику.

В 1955 году он обратился к митрополиту Ленинградскому и Новгородскому Григорию (Чукову) с просьбой о рукоположении. С митрополитом Григорием они были знакомы давно: в 1930 году вместе содержались в Доме предварительного заключения на Шпалерной улице. Тот благословил Михаила Николаевича и велел готовиться к принятию духовного сана. Он вновь пошел учиться – на этот раз в Ленинградскую духовную семинарию. Михаил Мудьюгин проходил заочно семинарский курс, готовясь к рукоположению. Но митрополит Григорий умер, не успев совершить рукоположение. Его преемник митрополит Елевферий (Воронцов) испугался – в те годы рукоположить доцента и кандидата наук в священнический сан было делом опасным.

Помог митрополит Крутицкий и Коломенский Николай (Ярушевич) - он рекомендовал Михаила епископу Вологодскому Гавриилу (Огородникову). В июле 1958 года доцент Мудьюгин уволился из Горного института, а 28 сентября был рукоположен в сан священника в вологодском кафедральном соборе Рождества Богородицы, где служил в течение двух последующих лет. В 1960 году болезнь жены заставила его перевестись в Устюжну, городок на западе Вологодской области с более сухим, чем в Вологде, климатом, где он служил в храме Казанской иконы Божией Матери. Отец Михаил прослужил на вологодских приходах шесть лет. Спустя три года от туберкулеза умерла жена, которая многие годы была его другом и помощником.

В 1964 году отец Михаил был вынужден уехать из Вологды. Владыку Гавриила, с которым у отца Михаила были прекрасные отношения, сменил на Вологодской кафедре Мстислав (Волонсевич). И в мае 1964 года недавно овдовевший протоиерей, благочинный Западного округа Вологодской епархии, был уволен за штат. Впоследствии архиепископ Мстислав объяснял этот шаг принуждением со стороны «органов».

Вернувшись в Ленинград, отец Михаил сдал экзамены в Духовной академии, на заочном отделении которой он учился одновременно со службой в Устюжне. Написал кандидатскую диссертацию «Состояние римско-католической экклезиологии к началу II Ватиканского Собора». Блестяще защитившись, он получил степень кандидата богословия. Его оставили при Академии преподавателем латинского языка и истории. Студенты тех лет вспоминали о непривычно высокой требовательности нового латиниста. На образованного и талантливого священника обратил внимание митрополит Ленинградский и Новгородский Никодим (Ротов). Вскоре он начал преподавать историю западных исповеданий, получив звание доцента. Затем последовало назначение деканом факультета африканской христианской молодежи. Бытует легенда, что якобы образование такого факультета помогло Никодиму отстоять от закрытия Ленинградскую академию. На самом деле, после смещения Хрущева антирелигиозные гонения постепенно начали угасать, а звезда митрополита Никодима достигла зенита. 13 октября 1966 года Указом Патриарха Алексия I отец Михаил был назначен на должность ректора Ленинградских Духовных школ. Но условием было принятие монашеского пострига и хиротонии во епископский сан. Владыка вспоминал, что это предложение поставило его в тупик. У него были две дочери, причем одна несовершеннолетняя. В течение нескольких месяцев он раздумывал.

31 октября он принял иноческий постриг с сохранением прежнего имени. 4 ноября митрополит Ленинградский и Ладожский Никодим (Ротов) возвел его в сан архимандрита, а еще через два дня архимандрит Михаил был посвящен во епископа Тихвинского, викария Ленинградской епархии. Однако ректором академии Михаил оставался недолго, всего два года. Его ждал новый непредсказуемый виток судьбы: 30 июля 1968 года решением Патриарха и Синода епископ Тихвинский Михаил был назначен на Астраханскую и Енотаевскую кафедру. Решение это было неожиданным и болезненным для иерарха, отдававшего Академии все свои силы. Вряд ли за этим смещением стоял Совет по делам религии. Скорее всего этот неожиданный перевод произошел по воле митрополита Никодима, который сам стремился управлять академией и ему нужен был послушный ректор. К сожалению, в книге протоиерея Костромина этот эпизод остался неосвещенным.

Высылка в глубинку образованного епископа была делом обычным. В советские времена служение в Астраханской епархии воспринималось как ссылка, если учесть, что в Астрахань Михаил был направлен с поста ректора Ленинградских духовных школ. Тем не менее, он оставался востребованным и в этой глухой провинции. Его все же приглашали на богословские конференции и собеседования, где он представлял РПЦ МП среди инославных богословов. Этому немало способствовало его прекрасное знание немецкого языка, а также латыни. После смерти Патриарха Алексия I Михаил стал членом Комиссии по подготовке Поместного Собора. Открытые архивы Совета по делам религий позволяют объективно взглянуть на процесс подготовки этого Собора. Власти долго не могли определиться с кандидатурой будущего Патриарха.

Местоблюстителем патриаршего престола стал митрополит Крутицкий и Коломенский Пимен (Извеков). Но часть партаппарата делала ставку на митрополита Никодима, международная деятельность которого принесла ему известность за рубежом. В течение года шли опросы старейших архиереев — власти стремились выяснить мнение епископата. Наконец к весне 1971 года власти остановились на кандидатуре митрополита Пимена. Возмутителем спокойствия стал архиепископ Новосибирский и Барнаульский Павел (Голышев), который настаивал на том, чтобы Поместному Собору были представлены как минимум две кандидатуры.

Накануне Собора заместитель председателя Комиссии по подготовке Собора митрополит Алексий (Ридигер) разослал всем епархиальным архиереям письмо с предложением «утвердить на Поместном Соборе постановление о приходе Архиерейского Собора 1961 года...». На это письмо откликнулся архиепископ Ермоген (Голубев), который находился на покое в Жировицком монастыре. Он считал, что необходимо внести изменения и уточнения в постановления Архиерейского Собора 1961 года. Причем он сослался на мнение двух близких ему по духу иерархов - архиепископов Иркутского Вениамина (Новицкого) и Новосибирского Павла (Голышева). Он направил письмо на имя местоблюстителя патриаршего престола митрополита Пимена. Оно осталось без внимания. Во время Архиерейского совещания, которое предшествовало Поместному Собору, с подобным мнением выступил архиепископ Василий (Кривошеин), который не знал о письме архиепископа Ермогена. Архиепископ Михаил (Мудьюгин) вряд ли был посвящен во все подробности этой тайной борьбы, находясь на служении в глухой провинции. Но, вопреки утверждению его биографа, он не присоединился к инициативе двух епископов. Работа в архивах при создании биографии такого выдающегося архиерея, быть может, более необходима, нежели опрос ныне действующих сотрудников ОВЦС МП.

Вторая досадная ошибка связана с защитой архиепископом Михаилом магистерской диссертации. Биограф утверждает, что «12 июня 1972 года патриарх Алексий I наложил резолюцию на рапорт митрополита Никодима о защите «13.VI.72. Утверждается в степени магистра богословия». Но Патриарх Алексий I скончался весной 1970 года. К недостаткам книги следует отнести существенный пробел, касающийся богословского наследия архиепископа Михаила. Его «Введение в основное богословие» до сих пор не стало учебником в российских духовных школах. Не упомянуто, что после Г.П. Федотова архиепископ Михаил стал первым российским богословом, который развил его интуиции в работе «Русская православная церковность». Страдает и научный аппарат — по непонятным причинам отсутствует библиография всех трудов Михаила. Но несмотря на эти мелкие недостатки, книга дает портрет замечательного епископа советских времен, остававшегося бесстрашным на всем протяжении своей долгой жизни.

Сергей Бычков,
для “Портала-Credo.Ru"

Опубликовано: 24.08.2016 в 23:42

Рубрики: Библиография, Лента новостей



Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

В сюжете:

Главные новости

МЫСЛИ: Алексей Оболенский. ПАРИЖСКАЯ ДРАМА. Сценарий-протокол внеочередной Генеральной ассамблеи Русской архиепископии в Париже 7 сентября

На что сделана ставка? Для Архиепископа Иоанна, протоиерея Иоанна Гейта и их сторонников - напереход под омофор Московской патриархии. Для ...
Подробнее

Суд в Киеве встал на сторону Патриарха Филарета (Денисенко) в его споре с ПЦУ о контроле над Киевской патриархией

Окружной административный суд Киева частично удовлетворил 11 сентября иск восстановленного Патриархом Филаретом (Денисенко) Киевского патриархата к министерству культуры Украины, запретив ...
Подробнее

Священник Александр Волков уволен из пресс-службы Патриарха РПЦ МП. Его место по совместительству занял Владимир Легойда

Пресс-секретарь Патриарха РПЦ МП Кирилла (Гундяева) и руководитель его пресс-службы священник Александр Волков уволен со своего поста указом Патриарха. Об ...
Подробнее

Вопреки запрету Синода РПЦ МП, архиепископ РПЦЗ МП сослужил иерарху Вселенского патриархата

Архиепископ Чикагский и Средне-Американский РПЦЗ МП Петр (Лукьянов) сослужил 31 августа за литургией по случаю празднования 800-летия автокефалии Сербской Церкви ...
Подробнее

МЫСЛИ: Кирил Меламуд. В БУДУЩЕМ ГОДУ – В БЕЛОЙ КРИНИЦЕ! Исторические, канонические, юридические и политические факторы как никогда благоприятствуют возвращению Первосвятителя старообрядчества из Румынии в Украину

Автор - администратор группы «Старообрядчество и новообрядчество» и страницы «Музей красного террора»   На День Независимости Украины, 24 августа, я ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: Москва пока не одолела русский Париж. Александр Солдатов подводит итоги неудачной спецоперации РПЦ МП по поглощению Русской архиепископии

Генеральная ассамблея Русской архиепископии, заседавшая в Париже 7 сентября, не набрала достаточного числа голосов для присоединения этой церковной области к ...
Подробнее

МЫСЛИ: Священник Христофор д`Алоизио. ШОК И СКОРБЬ. Некоторые впечатления от внеочередного Общего собрания Русской архиепископии в Париже

С прошлой субботы не покидает меня мысль: "Какая жалость!" Виновен не один человек, не группа людей, а кланы, готовые, не ...
Подробнее

Путин присвоил сестре Патриарха Кирилла (Гундяева) звание «Заслуженный деятель искусства Российской Федерации»

Президент РФ Владимир Путин присвоил почетное звание «Заслуженный деятель искусства Российской Федерации» Елене Гундяевой — родной сестре Патриарха Кирилла (Гундяева). ...
Подробнее

МОНИТОРИНГ СМИ: Захотели и снесли. По следам сноса храма 1809 года в селе Копнино Владимирской области

Послесловие к увольнению начальника Госинспекции Владимирской области по охране памятников Евгения Гранкина Никольскую церковь 1809 года в селе Копнино Селивановского ...
Подробнее

МЫСЛИ: Максим Горьков. САХАЛИНСКИЙ АКСИОС. Удивительная «симфония» островных властей и архиерея в противостоянии Москве. Пейзаж на фоне выборов

В единый день голосования 8 сентября на Сахалине избирали губернатора. За последние 16 лет в Сахалинской области пять раз менялся ...
Подробнее