Наше Кредо Репортаж Vox populi Форум Сотрудничество Подписка
Сюжеты
Анонсы
Календарь
Библиотека
Портрет
Комментарий дня
Мнение
Мониторинг СМИ
Мысли
Сетевой навигатор
Библиография
English version
Українська версiя



Лента новостей
БиблиотекаАрхив публикаций ]
Распечатать

Александр Нежный. Статья Григория Штейна. Отрывок из романа «Темный век» («Бесславие») [художественная литература]


От автора: В неком областном среднерусском городе возникает неонацистский Союз борьбы за освобождение России (СБОР). Его участники, среди которых герой моего романа - Лев Шумилин, молодой, одаренный, но ослепленный Геноном, Эволой и фюрером человек, - взрывают "Салон черной магии" цыганки Мананы, устраивают кровавое побоище в электричке, жертвами которого становятся люди иного цвета кожи и разреза глаз. Как и почему возник СБОР - разговор особый. Убежденный антифашист, Дмитрий Балашов, ровесник Льва Шумилина, угрожает СБОРу разоблачением. Его убивают. Редактор областной газеты "Наша губерния", Григорий Штейн, пишет в связи с этим статью, которая, мне кажется, имеет самостоятельное значение. 
Первые части "Бесславия" (журнальное название романа, у меня - "Темный век") опубликованы в "Звезде" (№№ 10-12 за 2016 г.). Журнал терпеливо ждет продолжения, с которым я по разным причинам безбожно затянул.
Теперь - текст статьи.

 

"Между тем, в «Нашей губернии» появилась статья, по тону и духу почти неотличимая от «Кровавой электрички», что, впрочем, неудивительно, ибо автор был один и тот же – мой друг Штейн. На сей раз он был несколько более сдержан, однако решительно утверждал: убийство Балашова - звено в цепи преступлений СБОРа. У нас, писал Гриша, нет доказательств, прямо указывающих, что кровь Дмитрия Балашова на руках доморощенных нацистов. Нет заявления СБОРа, в котором наши последователи Адольфа Алоизовича принимали бы на себя ответственность за совершенное убийство. И дело тут не только и не столько в сумме прямых или косвенных (о них чуть позже) улик. Нас – мы имеем в виду общество, если таковое еще существует в нашей стране, - хотят приучить к мысли о неизбежном и коренном изменении власти, предвестниками которого являются совершенные в последнее время злодеяния.

Что ж, сердцевина нынешней власти, ее генетическая связь с советской империей, подспудное стремление к насилию, все чаще прорывающееся в приговорах послушных, как марионетки, судов, и, вместе с тем, установка на выживание любой ценой и любой же ценой сохранение наворованного правящей верхушкой богатства - все это не может не вызывать негодования. Нынешний режим лишь с очень большой натяжкой можно назвать государством - хотя бы потому, что он разорвал в клочья общественный договор и не стремится создать гражданам условия для достойной жизни. Однако есть лишь один нравственно-безупречный способ его, если хотите, очеловечивания – мучительная, долгая, неблагодарная работа по очищению авгиевых конюшен, в которые превратилось сознание большинства наших соотечественников. Напластования всяческой лжи, искажение истории, злобная нетерпимость к инакомыслию, угар религиозного мракобесия – вот несомненные признаки охватившей Россию духовной болезни. 
Опустевшие русские поля, писал Штейн, в последние годы густо зарастают ядовитым борщевиком. И точно так же лишенное витамина правды общественное сознание оказывается благодатной почвой, на которой политические преступники выращивают ядовитые цветки нацизма. Скорее всего, следующее утверждение очень многим придется не по душе, но Сократ мне друг, а истина дороже. Бессмысленно и постыдно отворачиваться от бесспорного факта, что национал-социализм – часть нынешней российской действительности, часть нашей с вами жизни в городе на берегах воспетой народом реки.

Доказательства? Выстраивать доказательную базу – дело розыска и следствия. Но «Наша губерния» направила в правоохранительные органы свои соображения. Как нам представляется, мы с достаточной полнотой показали подпитывающую фашизм субкультуру, назвали людей, известных своим право-радикальным мышлением, обозначили цели, какие они ставят перед собой или – что, наверное, точнее – какие ставят перед ними их находящиеся в глубокой тени руководители. Наконец, в нашем распоряжении – обращение Дмитрия Балашова в прокуратуру с его убедительными предположениями о создателях, участниках и покровителях СБОРа. По вполне понятным причинам мы пока не можем опубликовать этот документ, ставший, к нашему прискорбию, своего рода политическим завещанием убитого в расцвете сил прекрасного молодого человека, его, если хотите, тревожным предостережением о надвигающейся на Россию черной туче. Балашов не скрывал своих антифашистских убеждений; своего отвращения к любым попыткам отравить сознание общества мифами о заговорах, составленных с целью погубить Россию; своего презрения к тем, кто уповал на власть, наделившую саму себя правом на безнравственность.

За это и был убит.

Над его могилой мы не можем не спросить: как случилось, что в нынешней России наиболее убедительным доводом в политическом противостоянии стало убийство? Отчего неприятие идеи вызывает лютую ненависть к исповедующему ее человеку? Почему пуля оказывается лучшим доказательством правоты собственных убеждений? Нам в ответ укажут на безумие современного мира, в котором террор оправдан изуверским сознанием религиозного или национального превосходства. Кто спорит. Ничто так легко и просто не становится добычей религиозных фанатиков и националистических подлецов, как сердце человека, требующего незамедлительные и ясные ответы на сложные вопросы бытия. Однако несчастная особенность России состоит еще и в том, что насилие стало частью нашего генетического кода. Ибо главной целью государственного террора в нашей стране было уничтожение личности с присущей ей способностью к независимому мышлению, с благородным чувством собственного достоинства и любовью к свободе. Если человек лишен этих качеств, он заболевает – стадными мыслями, заботой о самосохранении, идолопоклонством. Или же становится одержимым – как тот, из которого, согласно Евангелию, Христос изгнал бесов.

Было бы непростительным прекраснодушием, заключал Штейн, повторять, будто мантру, что фашизм не пройдет, прошлое не повторится и что сделанная нашему обществу прививка демократии убережет его, с одной стороны, от безволия, а, с другой, от одержимости. Увы. Слишком слаба оказалась прививка и слишком глубока – зловещая тяга к насилию.

Таковы две стороны одного явления, назовем ли мы его фашизмом или большевизмом.

Таковы причины, сделавшие возможным убийство Дмитрия Балашова.

Таковы наблюдения и размышления, которые приводят нас к безрадостному выводу о наступлении времени, сулящем новые убийства, новую кровь и новую скорбь».

 

Пожалуйста, поддержите "Портал-Credo.Ru"!


[ Вернуться к списку ]


Заявление Московской Хельсинкской группы и "Портала-Credo.Ru"









 © Портал-Credo.ru 2002-17 Рейтинг@Mail.ru  Rambler's Top100  Яндекс цитирования